"Голос старика звучал торжественно, как голос жреца", говорит Мюллер.
-- Мюллер! Но ты должен дать мне за это клятву. Клянись, что ты никогда не будешь торгашом, всегда останешься учителем.
"Это было ночью, кругом было тихо, как в церкви, звёзды горели, -- говорит Мюллер, -- и при свете их я встал перед стариком на колени и, подняв руку к великому, святому небу, твёрдо и громко сказал ему:
-- Клянусь!"
-- С тех пор мы с Лизхен прожили тридцать пять лет -- и сохранили завет великого наставника. Сколько мне ни предлагали афер, я остался учителем! -- закончил свой рассказ Мюллер.
Такова была ещё недавняя, романтическая Германия, где клялись при свете звёзд на коленях пред носителями "широких идей".
-- А ваши дети? -- спросил я.
Мюллер помолчал.
-- Они занимаются коммерцией...
Больше во всю дорогу мы не сказали ни слова.