Стр. 382. ... в "Голос" и в "Биржевые". -- "Голос" и "Биржевые ведомости" -- распространенные русские газеты 1870-х годов. См. о газете "Голос" ниже, стр. 315.
Стр. 385. Вся эта ночь с своими почти нелепыми событиями... -- Для изображения общей атмосферы и отдельных черт бала (таких как состав публики, всеобщий беспорядок, капкан во время танцев, присутствие квартального и т. д.) Достоевскому мог послужить описанный в "Голосе" (в обозрении "Московская жизнь") бал "в пользу инвалидов". Это описание могло привлечь внимание писателя и своим заголовком: "Скандальный бал в собрании" и весьма характерным началом: "Я никак не мог ожидать, -- пишет корреспондент, -- что всё это предприятие окончится весьма крупным скандалом). Само же описание скандала следует ниже: "Наконец бал состоялся, и толпа народа всякого звания наполнила залу благородного собрания <...> Шум, крик, гвалт поднялись общие: вдруг напор публики на кассу, зазвенели стекла во входных дверях, и сам распорядитель бала чуть-чуть не попал в чисто инвалидов, о которых так нераспорядительно заботился". И далее: "Свечи были вставлены и начались танцы; человек тридцать мужчин составили кадриль, и начался самый отчаянный, наглый канкан, не терпимый ни в каком публичном месте. Крики, шум, табачный дым -- всё это превратило залу благородного собрания в какую-то преисподнюю некогда знаменитого своими необузданными ариями "Крыма". Г. Андреев появился после опять, окруженный полицией), по публика забыла о нем и продолжала забавляться..." ( Г, 1869, 1 (13) января, No 1).
Стр. 389. Наконец началась и "кадриль литературы", -- Как установил С. Панов в статье ""Литературная кадриль" в романе "Бесы"" (см.: Звенья, т. VI, Изд. "Academia", M.--Л., 1936, стр. 573--582), "кадриль литературы" представляет собою шарж на "литературную кадриль", устроенную Московским артистическим кружком на костюмированном балу в залах Дворянского собрания в феврале 1869 г. Все участники этой кадрили были "загримированы и одеты с намеками на то или другое направление наличных московских и петербургских газет. <...> условлено было во время исполнения кадрили временами переходить с спокойных танцев на более или менее смелый канкан, причем из особой "наблюдательной ложи" раздавался звонок, музыка внезапно умолкала, и виновный приглашался к барьеру "наблюдательной ложи", где ему объявлялось "первое предостережение". Ежели тот же танцор или танцорка вновь нарушали законы маскарадного благочиния, им, при той же обстановке, давалось "второе предостережение", затем третье, а за ним уже следовало торжественное изгнание виновного из состава кадрили и из танцевальной залы...
Такого нарушителя порядка брали под руки и под звуки марша выводили из залы, что знаменовало собою прекращение литературной деятельности или "закрытие" газеты" (см.: А. И. Соколова. Комический случай с П. И. Чайковским. "Исторический вестник", 1910, No 2, стр. 559--560).
Стр. 389. ... один пожилой господин ~ и вот эта-то охриплость голоса и должна была означать одну из известных газет, -- Имеются в виду A. А. Красвский и его газета "Голос", выходившая в Петербурге с 1863 по 1883 г. Об отношении Достоевского к Краевскому и его газете см. в статье B. В. Виноградова "Достоевский и А. А. Краевский" (см.: Достоевский и его время, стр. 17--32).
Стр. 390. "Честная русская мысль" ~ распечатанное письмо из-за границы... -- Подразумевается журнал "Дело", выходивший в Петербурге с 1866 по 1888 г. По предположению Ф. И. Евнина, слова "в кандалах" могут означать как намек на жестокие репрессии правительства по отношению к виднейшим сотрудникам журнала (Н. В. Шелгунову, П. Н. Ткачеву), так и намек на то, что "Дело" не было освобождено от предварительной цензуры и после выхода в 1865 г. новых "правил печати". Во фразе же "распечатанное письмо из-за границы" исследователь видит намек на связи "Дела" с русской революционной эмиграцией (1956, т. VII, стр. 755). Возможно также, что подразумеваются частные случаи перлюстрации писем журнальных корреспондентов. Об одном из таких случаев писал В. С. Курочкин в "Искре" (1862, No 32, 24 августа, стр. 427).
Стр. 390. ... непетербургское, но грозное издание... -- В этих словах содержится очевидный для современников намек на реакционно-охранительные "Московские ведомости" M. H. Каткова, регулярно помещавшие доноси-тельские статьи, направленные против прогрессивных органов печати, и в частности против "Дела". Следующие далее слова "Прихлопну -- мокренько будет" были ранее употреблены Достоевским в статье "Опять "Молодое перо"" (1863) по отношению к тому же Каткову: ""Прихлопнет и не пикнете", -- говорите вы нам, грозя нам сим московским деятелем" (см.: наст. изд., т. XIX).
Стр. 390. ... pas de deux... -- па де дё -- название фигуры в танце. Так, в кадрили по очереди выступали кавалер и дама.
Стр. 392. Заречье пылало, ~ Поджог! Шпигулинские!... -- Знаменитые петербургские пожары, которые полиция в провокационных целях пыталась объявить делом рук революционно настроенного студенчества, чтобы настроить против него общественное мление, начались с середины мая 1862 г. 24 мая А. В. Никитенко записал об этом в "Дневнике": "Вчера в Петербурге было разом четыре пожара в разных частях города. Один, и всех сильнее <...> около Лиговки. Толкуют о поджогах. Некоторые полагают, что это имеет связь с известными: прокламациями от имени юной России и которые были разбросаны в разных местах" (см.: Никитенко, т. II, стр. 274). Пожары в последующие годы перекинулись и в провинцию. В. Ф. Одоевский, исследовавший их причины, записал в своем дневнике 11 июля 1867 г.: "Во Владимире также подметные письма о том, что 12-го июля зажгут его с двух концов. Неужли начнется история прошлых годов?" (ЛН, т. 22--24, стр. 233). Никаких доказательств связи пожаров со студенческим движением полиция представить не смогла. В журнале "Время" в 1862 г. должны были появиться две статьи о пожарах, в которых студенты и передовая молодежь защищались от обвинений в поджигательстве (см. об этом: ЛН, т. 83, стр. 37, а также: Нечаева, "Время", стр. 298--303).
Стр. 393. ... плясали комаринского без цензуры... -- Слова "без цензуры" здесь могут заключать двоякий смысл. Они могут означать "нецензурный", "озорной" характер песни. См. например, рассказ об одном из вариантов песни в обозрении "По губерниям", напечатанном в "Голосе": "<...> господин И-н пришел раз в церковь и стал молиться". Его "душа исполнилась святынею божественной песни", как вдруг "ворвалась сама жизнь мощная и животрепещущая в словах народной песни: "Ах ты... камаринский мужик" с непечатным припевом" (Г, 1870, 4(16) апреля, No 94; ср.: наст. изд., т. III, стр. 511). Кроме того, в эту популярную в народе песню часто вкладывался открытый антикрепостнический, сатирический смысл. По предположению Г. М. Пясецкого, песня эта восходит к Смутному времени. Камаринский мужик -- озорник и бунтарь. Слова песни "Ах ты, сукин сын, камаринский мужик, не хотел ты свойму барину служить" становятся "памятником измены камаричан Борису не только как государю, ~ и как своему помещику -- барину" (см.: Г. М. Пясецкий. Исторические очерки города Севска и его уезда. В кн.: Сборник Орловского церковно-историко-археологического общества, т. II. Орел, 1906, стр. 22). В 1860-е годы появилось несколько сатирических и революционных переделок комаринской, попавших на страницы вольной русской печати. Одна из них, под названием "Ах ты, сукин сын, проклятый становой!..", была напечатана в сборниках: Свободные русские песни. (Берн), 1863; Лютня. I. Собрание свободных русских песен и стихотворений. Лейпциг, 1869; Вольный песенник, вып. II. Женева, 1870. Именно об этой песне идет речь в фельетоне "Голоса", названном "Шутовство русской эмиграции": "В вышедших до сих пор выпусках "Вольного песенника", в числе песен, пахнущих "дымом пожаров", есть и довольно невинные. Так, песня на голос "Камаринской" не может возбудить ничего, кроме улыбки; к сожалению, она наполнена непечатными выражениями" (Г, 1870, 6 (18 июня), No 154; см. также в кн.: Вольная русская поэзия второй половины XIX века. Изд. "Советский писатель", Л., 1959, стр. 735 (Библиотека поэта. Большая серия)). О комаринской см. также: наст. изд., т. IV, стр. 307.