Потому что спиритизм отвечает огромной массе людей, как и легкомысленно верующих, так и праздных на чудеса, так и просто глубоко верующих (Прибыткова).

У нас ученые вряд ли найдут столько храбрости, чтоб подтвердить явление.

Не возрастет ли и не очистится ли наше православие в представителях и предстоятелях его в борьбе с этим учением. <125>

Разговоры со столом, как с интеллигентным лицом, отвратительны, ибо грубы. Человек, стыдящийся поверить будущей жизни, преклоняется перед несколькими звуками и верит!

Явление подымающихся столов -- надо проверить. Любопытно тоже, почему, если это духи, они так слабы, капризны, непременно стол, при таких условиях раздражают душу и нервы.

Древняя трагедия -- богослужение, а Шекспир отчаяние. Что отчаяннее Дон-Кихота. Красота Дездемоны только принесена в жертву. Жертва жизни у Гете. Но этого мало: обществу надо действительного счастья и моленья, -- плюсовые ли типы Шекспира. Шекспир наших времен тоже вносил бы отчаяние. Но во времена Шекспира была еще крепка вера. Теперь же все действительно хотят счастья. Надо всем науки. Но наука еще захватила так мало людей. {Но наука ~ мало людей, вписано на полях. } Общество не хочет бога, потому что бог противоречит науке. Ну вот и от литературы требуют плюсового последнего слова -- счастья. Требуют изображения тех людей, которые счастливы и довольны воистину без бога и во имя науки {без бога и во имя науки вписано. } и прекрасны, -- и тех условий, при которых всё это может быть, то есть положительных изображений.

Если хотите, человек должен быть глубоко несчастен, ибо тогда он будет счастлив. Если же он будет постоянно счастлив, то он тотчас же сделается глубоко несчастлив.

Афоризм Прутк < ова >. Счастье не в счастье, а лишь в достижении.

Чувство гармонии природы, как у Гете. {Если хотите ~ как у Гете, вписано на полях. }

Математическое верование самое трудное уверяющее. Фома уверовал потому, что желал уверовать. Я не желал уверовать и не поверил. Стуки (машинкой, и одно подозрение, хотя я и никого не мог заподозрить) не действовали на мое сердце, ровно на звон под столом и поднятие и проч. (надо проверить). Но если б я желал уверовать, дело было бы иначе. Я, впрочем, не видел высших тайн. Факир не торжественность и мальчишество чудес. {и мальчишество чудес вписано на полях. } Повесть в Париже -- все смеются. Осужден мировым судьей.