Вступл<ение>.
Безмерное самолюбие и самомнение не есть признак чувства собственного достоинства.
"Овсянников на скамье подсудимых". Овсянников виновен бесспорно, но этот жар гражданский, возросший не в размерах. Было множество дел, которые могли возбудить жар гражданский, но они прошли бесследно, их не хотели даже заметить, но тут миллион. { Далее было начато: Сколько жар<а>} Тут и не нахальство Овсянникова, жар гражданский не обидится и нахальством. А миллион, просто миллион -- вот в чем беда. Дескать, миллион у Овсянникова, зачем { Далее было: же} не у нас. Дави Овсянникова. { На полях рядом с текстом: "Овсянников на скамье ~ Дави Овсянникова. -- фигурная скобка и помета:! Надо!}
Как смеют у него быть миллионы, зачем не у нас, дави Овсян<н>икова.
У нас сейчас есть Лёв Толстой,
Сей Лев породы царской.
Два чрезвычайно странные стиха, и против которых никто не протестовал. Напечатано в декабрьской книге "Русского вестника", в которой объявлено публике о продолжении сотрудничества графа Льва Толстого.
Или -- два чрезвычайно глупые стиха. Осмеливаюсь { Далее было: об} думать, что, сделав это замечание, нисколько не посягаю на великое значение великого дарования { Было: таланта} графа Льва Толстого. Напечатаны эти два странные {странные вписано. } стиха в декабрьской книге "Русск<ого> вестника", в котором и т. д. Но тут не реклама, тут наивность. Тем { Далее было начато: особен<но>} и замечательно. {Но тут ~ и замечательно, вписано. }
Граф Лев Толстой -- конфетный талант и всем по плечу. <63>
Вступл<ение>.