Считаю его в числе тех трех поэтов, которые явились с новым словом.

Без понимания Пушкина нельзя и русским быть. Он предчувствовал достоинство народа, великодушие его. В своей правде реализма и без прикрас Савельич раб. Да разве это раб?

Будущей задачи (народа). Но если б Пушкин прожил, то дал бы такие сокровища для понимания народного, которые бы наверно сократили времена и сроки перехода всей интеллигенции нашей, до сих пор нагло<?> возвышающейся перед народом в гордости своего рабства европеизма, к народу и правде народной, {Было: к народной правде.} к народной силе и к сознанию народного назначения.

Калашников не бунтует.

Раб ли он был. Вот это-то Пушкин и понял, что не раб, и никогда не был вцелом<?> св<оем?> рабом, даже и тогда, когда страдал в рабстве, -- и чего не поняли наши западники, хотя и любили народ, кричали об унижен<ном> состоянии народа. И верили в звериное состояние народа. Для многих-то собственное достоинство при освобождении (ни лести<?>, ни груб<ости?>) было даже обидно. { Далее было: чуть} Они скоро причли это к остаткам рабства. Еще недавно добровольцев -- подъем духа в нынешнюю войну. И Некрасов хотя был совершенно этих же убеждений, в моменты высшие падал перед народной правдой.

Западники гуманные<?> баре, жалеющие народ и жалеющие всего более, что он не похож на парижскую чернь. Пушкин не то что пожалел народ, но и преклонился перед правдой народа и, несмотря на все пороки народа и смердящие свойства его, разглядел великую сущность его. { На полях было: всечеловечности и всеобъемлемости русского духа}

Перед народной правдой без объяснений, и во 2-ой раз с объяснением.

Но прежде чем я разъясню, как я понимаю в Некрасове это преклонение, { К тексту: как я понимаю ~ преклонение -- вариант: что значит это преклонение} не могу не заметить, однако<?>

Пушкин такой любви к народу, которой не имел ни один потом поэт, не исключая Некрасова. "Не люби ты меня, а люби ты мое, то, что я люблю", -- вот что вам скажет всегда народ, если захочет увидеть искренность вашей любви. {вот что вам ~ вашей любви, вписано. }

Но этот эпизод мне дал тогда же намерение { Вместо: тогда же намерение -- было: повод} объяснить мою мысль яснее в будущем No Дневника и выразить подробнее, как смотрю я на такое замечательное и чрезвычайное явление в нашей жизни и в нашей поэзии, как Некрасов, и в чем именно заключается смысл этого явления.