Стр. 37. ... при таком беззаветном натиске, как 30-го августа... -- 30 августа 1877 г., во время очередного героического, но неудачного штурма Плевны, русские войска потеряли около 16 тысяч человек убитыми и ранеными.
Стр. 37. Теперь же, после двух неудавшихся штурмов, оказалось необходимым увеличить нашу армию вдвое, и это со только первый шаг... -- Двум неудачным штурмам Плевны (18 июля и 30 августа 1877 г.) предшествовали также неудачные атаки этой крепости 8 июля 1877 г. с севера и востока, во время которых русские потеряли около 3000 человек. Уже после первого штурма (18 июля 1877 г.) была объявлена мобилизация гвардейского и гренадерского корпусов общей численностью до 160 тысяч человек. Эти войска стали подходить к Плевне во второй половине сентября 1877 г., то есть почти через месяц после второго ее штурма. Таким образом, армию, штурмующую Плевну, предполагалось увеличить не вдвое, а даже втрое (перед вторым штурмом у русских было 96 тысяч солдат и офицеров).
Стр. 37. В чем же дело? Уж конечно, в теперешнем ружье. Турок, закрывшись наскоро набросанною насыпью... -- Эго ружье Достоевский вслед за большинством корреспондентов, солдат и офицеров, называет ружьем Пибоди. Но нередко его называли ружьем Пибоди -- Мартини (НВр, 1877, 30 сентября (12 октября), No 571), Генри -- Мартини ("Современные известия", 1877, 22 августа, No 230, заметка "Исполнение турецкого заказа американскими ружейными заводами") и даже просто Мартини (МВед, 1877, 21 октября, No 261). Помимо прочих достоинств (дальнобойность и сила поражения) у ружья Пибоди был автоматически безотказный откидной затвор, что значительно повышало скорость стрельбы.
Подчеркивая важное значение в системе турецкой обороны ружья Пибоди и временных "полевых укреплений", т. е. чего-то вроде индивидуальных окопов, Достоевский широко учитывал свидетельства наблюдателей военных действий. Так, в корреспонденции "Daily News", процитированной газетой "Новое время" (1877, 24 сентября (6 октября), No 565, очерк "Доставка подкреплений и провианта в Плевну"), говорилось о том, что успеху последнего штурма Плевны "мешал огонь турецких ружей", "что ружейные пули Пибоди и Уинчестера произвели страшные опустошения в рядах русской пехоты в роковой день 30 августа (11 сентября)". В той же корреспонденции утверждалось, что при таких условиях успех атаки Плевны возможен только в том случае, "если землекопные работы велись как следует", если русские огнем "своих стрелков из траншей" способны "заставить замолчать пальбу турок". Несколько ранее Достоевский мог прочесть в газете "Новое время" следующий пересказ "соображений" "С.-Петербургских ведомостей" о тактике турок в осажденной Плевне: "Турки оставили город гореть от наших бомб, а сами вышли на окружающие высоты и окопались и, таким образом, импровизировали укрепленную позицию, которой суждено играть роль турецкого Севастополя <...> применяясь к новым, дальнего боя, орудиям и ружьям, турки держатся постоянно рассыпного строя, через что убыль их войск значительно ослабляется, тогда как у нас тактика не изменила содержания резервов, за цепью стрелков, густыми колоннами" (НВр, 1877, 12 (24) сентября, No 553, отдел "Среди газет и журналов"). Сильное впечатление на Достоевского -- бывшего военного инженера должно было произвести описание боя за Гривицкий редут под Плевной: "Когда наши кинулись на ура, турки открыли такой убийственный огонь, что ничего подобного солдаты не запомнят. Точно через огненный дождь, падавший не сверху, а горизонтально, приходилось бежать. Пули пронизывали ряды, щелкали тут же, свистали массами <...> позади, в этих ложементах оказывались незаметные сначала помещения для стрелков, вырытые в земле как норы. Из этих нор открывался убийственный огонь прямо в тыл нам" (там же, 21 сентября (3 октября), No 562). И далее: "У наружных рвов оказалась пропасть ям, вроде лисьих западней, там сидели турки. Выйти им нельзя было оттуда, зато они открыли огонь по приближавшимся к ним солдатам, так что жизнь каждого неприятеля, сидевшего в такой западне, обходилась нам в несколько своих... В турецком редуте оказалось множество брошенных ружей Пибоди и патронов к ним<...>, В то время как наш солдат постоянно слышит приказание: "Не стреляй, береги патроны!" -- туркам выдается -- по 300 патронов на день <...> и к вечеру он добросовестно их расстреливает".
Взяв Гривицкий редут, русские увидели, что "скаты холмов" перед следующими турецкими редутами и батареями "изрыты, точно на них наложена крайне перепутанная черная сеть". Пораженный этой картиной корреспондент "Нового времени" писал: "Глаз теряется в изгибах, зигзагах, лабиринтах этой сети, оказывающейся в бинокль целою системой траншей, ложементов, ретраншементов, западней. Мне это казалось верхом инженерного искусства по отношению к обороне. Взять эту позицию теперь <...> почти невозможно, а <...> вся Плевна кругом укреплена точно так же..." (там же, 24 сентября (6 октября), No 565, очерк "С армией. Турецкие позиции и Гривицкий редут". Подписан псевдонимом "Шесть").
Стр. 37. ... не дойдя еще и до гласиса... -- Гласис (от франц. glacis) -- земляная пологая (в сторону противника) насыпь впереди наружного рва укрепления. Случаи, когда русские штурмующие колонны, поражаемые шквальным ружейным огнем, не доходили даже и до гласиса турецких укреплений, действительно имели место и с горечью упоминались русскими газетами.
Стр. 38. ... с помощию Тотлебена, приступить к инженерным работам... -- Герой обороны Севастополя, военный инженер Э. И. Тотлебен (1818--1884), прибыл в штаб-квартиру русской армии на Балканах около 17 сентября ст. ст. 1877 г. Высказавшись против нового штурма Плевны, Тотлебен принял руководство русско-румынскими осадными инженерными работами по взятию этой крепости. Однако вскоре Плевна была наглухо блокирована русскими войсками, и необходимость в таких работах отпала. Страдая от недостатка продовольствия и боеприпасов, в ночь с 27 на 28 ноября ст. ст. 1877 г. весь турецкий гарнизон предпринял вылазку с целью вырваться из кольца русских войск. Вылазка не имела успеха, и турки (около 40 000 чел.) во главе со своим командующим Османом-пашой сложили оружие.
В начале 1878 г. Тотлебен был назначен главнокомандующим русской, армией на Балканах.
Стр. 38. ... Плевна уже сослужила свое дело врагу нашему, остановила первоначальное победоносное шествие русских... -- Плевна имела важное стратегическое значение, так как в ней пересекалось несколько больших дорог. Кроме того, оставленная не взятой, эта крепость и ее гарнизон угрожали бы постоянно коммуникациям в тылу русской армии. В связи с этим газета "Новое время" писала еще в июле 1877 г. (15 (27) июля, No 494): "...долее терпеть присутствие значительных неприятельских сил на нашем левом фланге, в 65 верстах от Систова и в 85 от Белы и Тырнова, положительно невозможно".
Стр. 38. ... шанцевый инструмент... -- Инструмент, необходимый для производства земляных работ в военное время (от нем. Schanz -- земляной окоп). Русская армия под Плевпой располагала этим инструментом в ограниченном количестве. Один из корреспондентов "Нового времени" писал по этому поводу: "При бедности шанцевого инструмента (150 лопат и 45 кирок на полк) войска наши не скоро устроили себе прикрытие с этой открытой стороны (с тыловой стороны взятого турецкого редута,-- Ред.): горстями, пальцами скребли они землю, лишь бы насыпать поскорее вал" (НВр, 1877, 22 сентября (4 октября), No 563).