На силу оставить -- вынесут.
Кто верит в Русь, тот знает, что она всё вынесет и останется прежнею святою нашею Русью -- как бы не изменился наружно облик ее. Не таково ее назначение и цель, чтоб ей поворотить с дороги. { Вместо: чтоб ей поворотить с дороги -- было: чтоб изменить свой ход и поворотить с дороги.}
Ее назначение столь велико, и ее внутреннее предчувствие своего назначения столь ясно (особенно теперь, в нашу эпоху, в теперешнюю минуту, главное), что бояться и сомневаться верующему нечего. { Вместо: верующему нечего -- было: нечего.}
Но он как бы в стороне, ему как бы некогда. Заплатил деньги учителю даже сверх средств, ну и конечно, он, правда, наказывает детей по просьбе жены, г-жи Джунковской, но сам, должно быть, не кровожаден. "-- Э, дети надоедают только, оставили бы в покое" -- г-жа Джунковская.
И вот взгляните, эта столь любящая покой, до чесания пяток, дама { Было: женщина} вдруг вскакивает, схватывает хворостину и сечет { Было: бьет} так, что страшно смотреть и за что -- за картофель, за хоро<шее>. Так вот что: "Не делай свое хорошее, а мое дурное".
Спят в хлеву, так им и надо.
Джунковский отец. Смотрит<е>, как он. "Они изверги, они секли". Кстати об этаких шалост<ях?>, но ведь сам не посеял, а требуешь.
Но кому воспитывать? Председатель.
Чесать пятки не бесчеловечно, а бессер<дечно>.
ЛЕНИВЫЕ СЕРДЦА.