Стр. 196. ... Европа ~ должна не верить тому, о чем объявили мы ей, начиная войну... -- Подразумеваются строки из царского манифеста 12 апреля 1877 г.: "Всем <...> известно то живое участие, которое мы всегда принимали в судьбах угнетенного христианского населения Турции. Желанно улучшить и обеспечить положение его разделял с нами и весь русский народ, ныне выражающий готовность на новые жертвы для облегчения участи христиан Балканского полуострова...". Далее в манифесте говорилось о том, что Россия вступает в войну, исчерпав все мирные средства воздействия на Турцию, оставшуюся "непреклонною в своем решительном отказе от всякого действительного обеспечения безопасности своих христианских подданных...".
Стр. 196. "Великий восточный орел взлетел над миром, сверкая двумя крылами на вершинах христианства"... -- Неточная цитата из "Предсказания" Иоанна Лихтенбергера, которому посвящен специальный параграф первой главы "Дневника писателя" за май--июнь 1877 г. (см. стр. 122--123).
Стр. 196. ... поступок России со принимается Европой ~ за варварство "отставшей, зверской и непросвещенной" нации... -- Достоевский отзывается на антирусские корреспонденции. Сообщая о злорадных толках триестинских немцев о "бессилии России", о "ее военной несостоятельности", корреспондент "Московских ведомостей" резюмировал: "Всё это мои почтенные спутники пережевывали с большим аппетитом, припевая к каждому доводу: "Россия страна дикая, варварская, и европейской цивилизации грозит серьезная опасность"" (МВед, 1877, 21 июля, No 182, анонимный очерк "По берегам Далматии"). См. также ниже примеч. к словам: "Даже друзья наши, отъявленные, форменные...".
Стр. 196....способной на низость и глупость затеять в наш век что-то вроде преждебывчшх в темные века крестовых походов... -- Здесь очевидна полемическая реакция Достоевского на скептические суждения о христианской миссии царской России на Балканах, высказывавшиеся английской печатью. Один из корреспондентов "Daily News" писал о болгарских легионерах, действовавших за Дунаем бок о бок с русской армией: "... перед их глазами носится наконец сладкое ожидание близкой мести расе, державшей в течение четырех веков под своим игом Болгарию. Серебряное изображение креста мерцает при лунном сиянии на их шапках, но это крест рыцарей крестовых походов, а не знак, служащий эмблемой милосердия и всепрощения" (НВр, 1877, 2 (14) июля, No 481, отдел "Последние известия", очерк "Саривор, в Болгарии..."). Возможно, Достоевский полемизирует и с анонимным автором "Журнальных заметок" в журнале "Дело", представлявших собою рецензию на первые четыре номера "Военного сборника" за 1877 г. и первые три выпуска "Дневника" за тот же год. "Если верить всему тому, что пишут наши российские публицисты, -- отмечалось в этой рецензии, -- то можно подумать, что наступили времена крестовых походов. А между тем, если б "Военный сборник", кроме голого изложения исторических фактов, поискал в их внешней шелухе более существенного содержания, то он увидел бы, что идея теперешней войны далеко не та, какой ее выкликают г-н Суворин и г-н Достоевский" (Д, 1877, No 6, стр. 57). Далее рецензент писал о Достоевском: "Какой чудак-мечтатель! Мечтатель потому, что до сих пор верит в возможность крестовых походов, в то время как Европа уже давно пережила период религиозного воодушевления, а в России он и не бывал; насущные же потребности нового времени и переворот, созданный в жизни народов новейшими изобретениями, дали всему европейскому и русскому мышлению совсем иной характер..." (там же, стр. 63--64).
Стр. 196. Даже друзья наши, отъявленные, форменные, так сказать, друзья, и те откровенно объявляют, что рады нашим неудачам. Поражение русских милее им собственных ихних побед, веселит их, льстит им. -- Под "форменными" друзьями Достоевский иронически подразумевает Австро-Венгрию и Германию (о чем свидетельствует намек на "собственные ихние победы" во время франко-прусской войны), с которыми в 1873 г. Александр II заключил так называемый "союз трех императоров". Формулируя свое заключение о "радости" этих "друзей" России в связи с ее военными "неудачами", Достоевский опирался на следующие сообщения русской печати: 1) "Известие о неудачах русского оружия на Балканском полуострове вызвало в немецкой части населения Венгрии еще больший восторг, нежели среди чистокровных мадьяр" (НВр, 1877, 4 августа, No 514, отдел "Внешние известия"); 2) ""Россия -- государство низшего порядка", слышим мы ежедневно от наших западных недругов; да и друзья наши того же мнения, только они высказывают его не без притворного сожаления... В одной распространенной берлинской газете недавно было сказано при оценке последствий плевненской неудачи: "Правда, в конце концов мы желаем русским одержать победу над турками, однако не можем скрыть некоторого самодовольного удовольствия, что победа достается им не легко. <...> События новейшего времени нисколько не повлияли на чувства и намерения, коренящиеся в народном сознании Германии по отношению к ее восточной соседке. По-прежнему русские остались в наших глазах народом азиатским, не цивилизованным, отсталым в своем государственном развитии, и далеко еще русским до нас, несмотря на все их успехи за последние десятки лет" (там же, 10 августа, No 520, "Ежедневное обозрение"); 3) "Бисмарку совсем не за что любить нас, и поверьте, что в глубине души он очень рад нашим поражениям <...> Россия теряет свой военный престиж, а это на руку немцам (там же, 15 (27) августа, No 525; отдел "Внешние известия").
Стр. 197. Нам отвечают они, что всё это лишь исступленные гадания, конвульсьонерство, бешеные мечты, припадки, и спрашивают от нас доказательств, твердых указаний и совершившихся уже фактов. -- Есть основания полагать, что здесь, продолжая полемику с анонимным автором "Журнальных заметок", напечатанных в "Деле", Достоевский пользуется определениями и фразеологией своего оппонента, но несколько их гиперболизирует. Так, автор процитированных выше "заметок" (см. стр. 433) неоднократно называл Достоевского мечтателем. Рецензент "Дела" писал также о "Дневнике": "Г-н Достоевский вовсе и не подозревает, что в его мечтаниях решительно нет никакого фактического содержания, и мыслит он не реально, а бог знает как -- хоть святых вон выноси" (Д, 1877, No 6, стр. 63).
Стр. 198....Европа, эта "страна святых чудес"! -- Слова в кавычках -- цитата из стихотворения А. С. Хомякова "Мечта" (1835).
Стр. 198. Знаете ли вы, как дороги нам эти "чудеса"... -- Под "чудесами" подразумеваются процветавшие на Западе философия, наука, искусства, литература, идеи гуманизма, свободы, равенства и братства, вера в счастливое будущее человечества и т. п. Об этом свидетельствует поэтическое "перечисление" их в подразумеваемом Достоевским стихотворении Хомякова:
Там солнце мудрости встречали наши очи,
Кометы бурных сеч бродили в высоте,