Этот уж осмеет, и пирог осмеет, а съест первый. Он-то и начинает разговор.
Разговор быстро разгорается, потому что все неудержимо стремятся к главному.
Что ни слово, то как в лужу. Впрочем, степень и характер его остроумия читатель сейчас сам увидит ниже из выписок.
Досадует.
Как это автор так и не заметил, что остроумия-то в нем и нет, {что остроумия-то ~ нет вписано. Далее было начато: что он вовсе не} что его остроумец не остроумен. Он и добросерд и здравомысл и остряк, главное остряк.
Лицо, впрочем, второст<епенное>. Здравомысл, но не так, как у Фон-Визина здравомысл, который как заладит, так точно осел ученый: одно здравомыслие и ничего больше.
Турок резать. Не беспокойтесь, мы народа не развратим. Опыт был двухсотлетний. Нас народ научит.
Да вот солдатики воротятся и обстоятельно расскажут, что такое болгары.
Не заметил он тоже и многого, московск<ий> пошляк, клубный герой.
Филантропическая девица.