<В Старую Руссу.>
Сегодня вечером получил из редакции твое письмецо от 11-го, милая Аня, и сегодня же вечером пишу ответ, хотя отошлю завтра и сам поеду отдавать в большой почтамт. Посылаю тебе, голубчик мой, д_е_в_я_т_ь_с_о_т 900 рублей. Никогда я предположить не мог, чтоб ты так зануждалась и написала мне такие отчаянные просьбы о присылке денег. Но, друг мой, ведь ты сама же говорила, что всегда можешь занять у батюшки или у Анны Гавриловны.406 Я же так рассуждал, что заем на 2, на 3 дня, при таких верных деньгах, которые я получаю, не может нисколько повредить твоей чести. Это мелочность! Я же писал уже тебе давно, чтоб ты заняла. Я, конечно, мог и из выданных мне Некрасовым 200 отослать тебе, но ей богу же! не было времени ни капли, чтоб самому ехать посылать. Мало того: нет иногда времени даже в редакцию Гражданина заехать.407 Ну ты представь себе, я съездил к Некрасову, взял сегодня у него деньги, заезжаю домой, чтоб положить их в чемодан, и вдруг входит Владимире Ламанский,408 сам, услыхавший от кого-то, что я в Петербурге. Неужто мне прогнать его? Вот я с ним и остался. И так каждый час. Притом же я все не могу выспаться, и у меня расстроены нервы до муки, до ада. А главная причина все та же: что я никак не воображал, что ты будешь стыдиться попросить пустяки у таких добрых знакомых, -- тем более, что сама мне про это говорила! Не то конечно бы прислал, потому что настолько-то у меня всегда было, и уж, конечно, я мог поручить Пуцыковичу. -- Симонова лечебница все парализует! У меня весь день уходит, на завтра последний [билет] сеанс. Между тем дел бесконечное множество. Сегодня был у Эмилии Федоровны.409 Завтра постараюсь быть у Пантелеевых или где-нибудь где нужнее. Обнимаю тебя крепко, не сетуй же на меня. Некрасов дал 1600, из них 1000 или без малого вперед, потому что нельзя еще дать точнейшего расчета. Сосчитаемся вперед. У меня в руках 700 с лишком рублей. -- Деньги идут неестественно, и я здесь ужасно трачусь. -- Цалую детей. В субботу думаю, что никак не выеду: Ламанский звал в субботу, а Некрасов в субботу же хочет везти меня к Салтыкову (а я очень хочу завязать это знакомство).410 Кроме того не был у Кони,411 не был у Порецкого412 и не сделал почти еще ни одного денежного дела. Одним словом, в письме ничего толком не опишешь, вряд ли и в воскресение выеду, хотя ужасно бы Желал, чтоб в понедельник быть вечером у вас. Ужасно хочется поскорее к вам, изо всей силы буду стараться. Послезавтра, в пятницу, напишу наверно, но если скажешь Тимофею, чтоб ждал меня в понедельник в Новгороде, то, кажется, это будет верно. Цалую тебя и детишек триста тысяч раз, твой весь
Ф. Достоевский .
Ты не поверишь, как ты меня расстроила и огорчила этой просьбой денег. Да неужели это так стыдно занять, Аня! Я и не воображал ничего подобного. Ведь мы не воры и не мазурики, и это доказали.
Сегодня Некрасов встречает меня словами: "А у меня для вас давным давно готовы деньги". Между тем я деликатничал и все не шел, ожидая, что он сам привезет или пришлет. Если б не зашел, то он и еще три дня бы не подумал прислать.
Сегодня встретил у него книгопродавца Печаткина. Боюсь, что передаст другому Печаткину, кредитору,413 и тот меня здесь разыщет.
У Бунтинга414 не был, сапогов даже себе еще не успел купить.
Цалую тебя ужасно и ручки, и ножки, и всю. Люблю тебя и желаю ужасно увидеть.
100. А. Г. ДОСТОЕВСКАЯ -- Ф. М. ДОСТОЕВСКОМУ
<Старая Русса.> Четверг, 13 февраля 1875 г.