224. А. Г. ДОСТОЕВСКАЯ -- Ф. М. ДОСТОЕВСКОМУ
Старая Русса. 31 мая 1880 г.
<В Москву.>
Дорогой мой папочка, получила я твое письмо с "Милой Анной Григорьевной" и была на тебя страх как недовольна: подумай, я писала тебе "милый Федор Михайлович", боясь, что письмо мое попадет в чужие руки, а ты этого оправдания не имеешь. Вообще же, мой дорогой, я замечаю из твоих писем явную ко мне холодность. Но довольно о чувствах, а то ты рассердишься. Мы, слава богу, здоровы, и ничего с нами не случается. Грустим по тебе и начали было тебя ждать, ну, а теперь опять отложили. Останься, а то право будет неловко, если ты не будешь присутствовать. Но прошу тебя не очень кутить, а главное, не заглядываться на хорошеньких барынь, чего я совсем недолюбливаю. Дети просят опять приписать. Очень внимательно слушают твои письма, а Федя не верит, что ты приедешь лишь 9-го. У нас кончились гостинцы, и Федя раза по три навещал твой ящик в письменном столе, осведомляясь, не явились ли откуда-либо гостинцы. Вчера мы ходили в Царский сад и по дороге купили пряников. Федя все толкует, чтоб ты записал станции железн<ой> дороги, он почему-то этот вопрос считает необыкновенно важным. Это можно выписать здесь из календаря, чтоб ему угодить. Федя весь почернел от загару. По вечерам читает и на третьего дня прочли "Вия". Очень поразило. Прочли и про Ивана Никифоровича. Право не знаю, что теперь и писать, до того у нас все однообразно. Кстати, совсем забыла: на другой день после твоего отъезда, 23 мая, утром Победоносцев прислал тебе телеграмму об отмене Пушкинского торжества. Он думал, что ты еще не уехал, и предупредил тебя, чтоб ты не проехался даром. Это очень любезно, особенно со стороны такого сановника.
Вчера я послала тебе письмо с "позволением" остаться на празднество, но очень боюсь, что оно вчера не пошло, а пойдет сегодня, и ты получишь разом два письма и, пожалуй, испугаешься, не случилось ли чего. А я все с тем же: прошу тебя, если 2 июня у тебя найдется время, съезди и узнай про дворянство,806 вероятно, это узнают в канцелярии Дворянского собрания (присутствие там от часу до 3-х). Там тебе скажут, нельзя ли как-нибудь тебе послать просьбу из Петерб<урга> и как это сделать. Ну до свиданья, мое золотое сокровище, но признайся, что ты без меня не можешь жить, а? Я так признаюсь, что не могу и что нахожусь, увы! под сильным твоим влиянием. Крепко обнимаю тебя и цалую тебя нежно-нежно и остаюсь любящая тебя Аня, а также Лиля и Федя. Хотели приписать, но куда-то оба разбежались, а потому не стану ждать.
225. Ф. М. ДОСТОЕВСКИЙ -- А. Г. ДОСТОЕВСКОЙ
Москва. 31 мая <18>80. час пополуночи.
Гостиница Лоскутная в No 33-м.
<В Старую Руссу.>
Милая Аня, хотел было сегодня тебе не писать, потому что почти не об чем, но так как получил, наконец, твое письмецо (от 29-го) и так как действительно предстоят скоро дни, что за суетой ничего тебе писать не буду или много что по две строчки, то и решился написать теперь. Очень рад, что вы все здоровы, рад за деток и за тебя, и как будто тоска свалилась с сердца, хотя все-таки скучно. Неприятно мне, что бабушка не [доживет] подождет до моего приезда. Автограф Гоголя Аксаков мне обещал, хотя не знаю, успею ли теперь взять у него. К тому же я перезабыл и смешал в голове все адреса, так что надо опять справиться у Юрьева, где кто живет. Сегодня заходил ко мне какой-то (забыл фамилью) математик и долго сидел в ресторане в читальной, ожидая, когда я проснусь. Когда я проснулся, он вошел и пробыл ровно 3 минуты, и даже не сел: зашел объявить о своем глубоком уважении, удивлении к таланту, преданности, благодарности, высказал г_о_р_я_ч_о и ушел. Седоватый человек, пресимпатическое лицо. Затем посетил меня Лопатин,807 тот молодой человек, на которого возложил Поливанов хлопотать о моих билетах в Думе, о доставлении мне всех нужных сведений и проч. Я с ним разговорился и к приятному удивлению моему нашел в нем человека чрезвычайно умного, весьма мыслящего, чрезвычайно порядочного и в высшей степени моих убеждений. Одним словом, весьма приятная встреча. Затем был Григорович, много врал и злословил. Там, кажется, действительно приготовляются что-то сказать нам в пику в заседаниях и на обедах. [В заседаниях и] Григорович тоже депутатом от Литер<атурного> фонда, в числе четырех: Тургенева, Гаевского, Краевского. Всем выдал фонд по 150 р. на расходы. Наше только Славянское общество не выдало ничего, да и не могло. Григорович жалуется, что 150 р. мало. Действительно так, здесь деньги идут, и хоть я и мало здесь заплачу в гостинице, но проживусь все-таки крепко: извощики, табак, особые расходы, покупка венков и проч. Кстати, 2 о_б_я_з_а_т_е_л_ь_н_ы_е венка приготовляет Дума за 30 р. с депутата за оба. Если Золотарев не приедет, то уж конечно, я заплачу. Надо тоже купить запонки. Обедал в Московском трактире. Затем был у Елены Павловны и получил твое письмецо. Маня ее премилая девушка 20 лет, и в гостях у них я заметил одного молодого доктора, интересовавшегося очень Маней.808 Затем с Висковатовым отправились к Ан<не> Ник<олаевне> Энгельгардт, которая все сидит дома с больной ногой, и застали у ней доктора, который говорит, что болезнь довольно серьезна, если чуть-чуть пренебречь. Затем воротились с Висковатовым домой пешком. Утром были две грозы и ливень, а теперь ночь прелестная. Ну вот и все пока мои похождения. Как-то я прочту мою речь? Аксаков объявил, что у него то же самое, что у меня. Эхо дурно, если мы так уже буквально сойдемся в мыслях. Как-то прочту потом на вечерних литературных чтениях сцену Пимена и Скупого рыцаря и тоже (главное) на смерть Пушкина Тютчева? Любопытно, как встречусь с Анненковым? Неужели протянет руку?809 Не хотелось бы столкновений. Ну до свидания, голубчик Аня. Расцалуй деток крепко, напомни им обо мне. Кланяйся Анне Николавне, что она, хорошо ли съездила? Я-то неудачно. Надо бы зайти к Каткову. Прощай, обнимаю тебя крепко.