1 На письме помета адресата: "Получено из Шацка при письме от Савостьяновых 7-го февраля 1881 г.".
2 28 января в сообщении "Нового времени" (1881, No 1767) о программе Пушкинского вечера, намеченного на 29 января 1881 г., говорилось: "В сообщаемой сегодня программе Пушкинского вечера читатели не найдут возвещенного прежде имени Ф. М. Достоевского. Он сильно занемог вечером 26 января и лежит в постели. Люди, еще так недавно попрекавшие его тем, что он слишком часто принимает овации на публичных чтениях, могут теперь успокоиться: публика услышит его не скоро. Лишь бы сохранилась для русского народа дорогая жизнь глубочайшего из современных писателей, прямого преемника наших литературных гениев!"
3 28 января 1881 г. Е. А. Рыкачева писала брату А. А. Достоевскому: "Сегодня из газет я узнала, что Федор Михайлович серьезно заболел, сегодня же я была у них, видела на минутку Анну Григорьевну. Она с детьми в ужасном волнении -- у Федора Михайловича третьего дня порвалась какая-то артерия и кровь хлынула горлом; у них суета страшная" (ИРЛИ, ф. 56, No 186, л. 194).
4 Имеется в виду Павел Александрович Исаев (1846--1900), сын первой жены Достоевского М. Д. Исаевой (1825--1864). О характере отношений Достоевского к П. А. Исаеву см. письма Достоевского к пасынку и примеч. А. С. Долинина к ним (П., т. I--IV).
2
М. А. Рыкачев -- А. М. Достоевскому
30 января 1881 г. 1
Милый дорогой мой батюшка, какое ужасное горе постигло Вас, нас, да и всю Россию -- из вчерашней телеграммы Вы уже узнали о кончине Федора Михайловича. Дай бог Вам силы перенести это несчастье. Ваше здоровье так нужно для всех нас. Болезнь разразилась совершенно внезапно. Он только что кончил "Дневник", подписал уже его 1-ю корректуру и не успел подписать второй.2 26-го с утра он начал харкать кровью. Это, конечно, встревожило всю семью, никак не ждали такого внезапного поворота! Вскоре после обеда хлынула кровь горлом, говорят, лопнула какая-то артерия в легких. За докторами посылали еще утром. Кошлакова3 не могли найти, и пришел домашний доктор.4 Федор Михайлович тотчас страшно ослабел, его уложили и предписали полное спокойствие, надежду не теряли. 27-го он приобщился к тайне, простился с Анной Григорьевной и детьми, заставлял читать Евангелие и поучал детей. Лиля была в ужасном волнении и удивительно все понимала.5 "Папочка, папочка, всегда я буду помнить, что ты мне говоришь, всю жизнь мою ты будешь как бы при мне".
Мы с Женей узнали о болезни из газеты,6 и Женя тотчас поехала, видела Анну Григорьевну и детей, к Федору Михайловичу никого не пускали -- надежду всё еще не теряли, -- Женя уехала в 4 ч., а через 4 ч. после того кровь второй раз хлынула горлом и после короткой агонии не стало Федора Михайловича, истинного друга и поучителя русского народа и всего человечества. Вчера за завтраком опять из газет мы узнали о кончине Федора Михайловича, и Женя поехала к несчастному осиротевшему семейству и поклониться телу покойного.7 Она повезла ему цветы. Вечером мы с Женей были на панихиде. Весь день и в особенности ко времени панихиды народу собралось множество; все комнаты были набиты почти вплотную, стояли на лестнице. Особенно много было молодежи, студентов, студенток. Сочувствие всех было поистине трогательно. Оставались до 10 ч. вечера, выжидая очереди, чтобы пройти в кабинет, где лежал покойный Федор Михайлович, и проститься с ним. Масса цветов живых покрывала покров; всем желающим предлагали взять по цветку на память, а масса цветов все не убывала, Дай бог всей семье Федора Михайловича перенести несчастье. Вчера приезжал к Анне Григорьевне Победоносцев, сообщил, что государь назначил ей пенсию и приказал детей в случае ее желания принять на казенный счет.8 Она бросилась сообщить об этом Федору Михайловичу и тут же опомнилась, что нет уже его! Извините, что пишу так беспорядочно, я все еще взволнован. До свидания, крепко целую, обнимаю Вас и милого друга Андрюшу.9 Молю бога, чтобы он успокоил Вас.
Много любящий Вас Ваш сын М. Рыкачев.