Командированные члены возвратились все через час в величайшем негодовании. Мало того, не хотели даже говорить с нами, вероятно от досады, и смотрели все в разные стороны. Наконец, побежденные усиленно ласковым обращением редакции, согласились прервать молчание и объявили прямо, но всё еще довольно грубо, что нечего было их и посылать в Пассаж, что тут с первого взгляда видна вся нелепость, что крокодил не может проглотить целиком человека, но что, кто его знает, может быть, оно и могло как-нибудь там случиться. Такой резкий и даже, можно сказать, односторонний приговор сначала не на шутку взволновал редакцию. Тем не менее всё очень скоро и окончательно уладилось. Во-первых, если, "может быть, оно и могло как-нибудь там случиться", то, стало быть, и действительно могло случиться; а во-вторых, по исследованиям бывших в командировке оказалось ясным, что в рассказе неизвестного говорится отнюдь не о тех всем известных крокодилах, которые показываются теперь в Пассаже, а о каком-то другом, постороннем крокодиле, который тоже будто бы показывался в Пассаже, прожил в нем недели три или четыре и, как явствует из рассказа, увезен обратно на свою родину в Германию. Сей же последний крокодил, конечно, мог быть и больше и вместительнее теперешних двух крокодилов, а следственно, отчего ж бы он не мог проглотить известных лет господина, и тем более образованного?
Такое соображение окончательно разрешило все недоумения редакции. Главное -- она победоносно отстояла повесть и печатает ее, хотя бы и очень могла без нее обойтись, имея уже достаточный комплект статей и ровно столько листов, сколько ею было первоначально обещано публике для каждого номера "Эпохи", но, не стесняясь этим обещанием, редакция прибавляет и эти лишние листы. Если уж завелись на свете "лишние люди", почему же не случиться в журнале и лишним листам?
ПИСЬМО НЕИЗВЕСТНОГО СОЧИНИТЕЛЯ К Ф. ДОСТОЕВСКОМУ
Милостивый государь, спешу сообщить Вам, как члену редакции журнала "Эпоха", историю об одном из самых необыкновенных и даже, смею сказать, невероятных событий, которое может обогатить оригинальностью но только одну вашу "Эпоху", но даже и всю нашу эпоху. Прошу вас немедленно предать его гласности.
Неизвестный сочинитель.
ИСТОРИЯ О НЕОБЫКНОВЕННОМ СОБЫТИИ
Стр. 185.
9-10 я имел удовольствие / я и имел удовольствие
Стр. 190.
9 капиталы заведутся / капиталы большие заведутся