В 1-ю главу первой части: Подросток рассердился, что мать рассказала о деньгах. На этом вся основа главы.
Наверху он не примирился с НИМ, расстались врагами.
2-я глава. Я, однако же, не передал письма Крафта.
У Васина новый и последний варьянт.
Подросток сначала выпытывает у него, как у социалиста, слабые пункты идеи; но потом, разойдясь до того, что -- уходить, и, оставшись, начал рассказывать ему то, что он любит, и рассказал свои мечты (можно жить романами, как робкий фермер, Унгерн).
После же тревоги из-за удавленной просит прощения.
Васин про своих. Да, но они движутся живой силой. Они нужны для беспрерывного доказательства, что живая жизнь (сила) вне центра. Пусть они и слабы, и ничтожны, но они для непрестанности примера нужны (необходимы). Не перестают и не иссякают. { Далее было: А потому} Не смущайтесь их ничтожеством: потом, когда до настоящего дела дойдет, явятся и ум, и знание. Это всего только передовые крестоносцы, которые тоже все погибли, еще не дойдя до Азии, да и погибли-то, говорят, позорно, гадко.
Вот успевают же штундисты; кажется, чего бы противуположнее народному русскому духу? Закон потребности в живой силе, кажется, везде одинаков.
Накануне же вечером, у Версилова, рассказывает Тушара матери и всем. (Осрамила я тебя.) И объявляет, что уходит. Тот приходит наверх. Разговор, об отце.
"Я не люблю вас. Ступайте. Я всё мечтал, когда вы придете". О том, как бежал. ОН: "Это ужасно серьезно".-- "Нет, это вздор,-- а вот как я лакеем сделался, это серьезней". Лакей. Затем о матери, затем наверх, Версилову, напрасно, незаконнорожденность. "Ступайте, я вас не люблю" и т. д.