ОН всегда {всегда подчеркнуто дважды. } слишком, слишком откровенен с сыном, с Подростком, и только безмерная прелесть простодушия ЕГО не дает презирать ЕГО очень за легкомыслие. Но только что, в течение романа, Подросток начнет не уважать ЕГО за это простодушие, как тотчас же и проявится в НЕМ что-то неожиданное, покрытое тайной, новое, чего еще и не подозревал в НЕМ Подросток. Под конец Подросток совершенно ясно убеждается, что знает ЕГО только с одной, почти наружной и малой стороны, и что есть бездна неисследованного, тайного, и что (подозревает Подросток) ОН ни за что и никогда не выдаст ему. Так что Подросток мучается под конец, чтоб проникнуть и узнать этот характер,-- мучается потому, что поражен ИМ и любит ЕГО. { Рядом с текстом: ОН всегда ~ любит ЕГО.-- на полях помета: 3-я часть}
Поражает тоже Подростка, в течение романа, что все откровенности и всё простодушие ЕГО никогда как бы не идут от сердца, не основаны на сильном чувстве дружества или теплой потребности открыться. Напротив, именно бессердечны (хищный тип). { Рядом с текстом: Поражает тоже ~ (хищный тип).-- на полях помета: 3-я часть} Кроме религии! (и это ужасно поражает Подростка). Об религии ОН говорит иногда с вдохновением, хотя и не прощая себе потом. {Кроме религии! ~ потом, вписано на полях. } (Подросток всё это замечает в своей исповеди для читателя, равно и предыдущий пункт -- о непроникнутой тайне ЕГО характера.)
Тысячу раз Подросток спрашивает себя: что же ЕГО занимает, интересует. Неужели петушье отношение к женщинам, герценская болтовня за шампанским и проч. Он это спрашивает себя, и вдруг отдает ОН 200 000 и проч., и Подросток опять сбит с толку.
В самом конце Подросток сбит с толку, что ОН если и мучается и готов застрелиться, то, в сущности, ни о чем в частности не жалеет, ни жены, ни Княгини, ни Лизы, одного только разве мальчика. Между тем страдает жестоко и умирает в жестоком страдании. Но почти помешался от боли о жучке (т. е. мальчике). Но и этой боли не признает за суть СВОЮ и СВОЕГО страдания. (Беспорядочность, неизвестность -- во что верить, для чего всё это.)
Тут застреливается Крафт, достают его последнюю бумажку. ОН очень заинтересовался мотивом смерти Крафта. "Крафта съела идея, которой он поверил, МЕНЯ же -- то, что потерял всякую идею, которой бы мог поверить",-- говорит ОН.
Подросток и молодое поколение, таким образом, одолевают. Заключительная мысль формулируется в конце романа Подростком так:
Спасет себя только тот, кто смолоду выработал себе то сильное нравственное ощущение (чувство), которое называется убеждением. Формула убеждения может измениться с жизнию, но нравственное ощущение этого чувства неизменимо всю жизнь. В ком есть это, тот уцелеет. (Это мог сказать ОН Подростку перед самоубийством.)
Про страдание о мальчике ОН говорит: "Уж не нашел ли Я суть чувства, непосредственного ощущения боли, чего всю жизнь искал?" { Рядом с текстом: Подросток и молодое ~ искал?" -- на полях помета: 3-я часть}
Просто: безнравственный человек, нравственного начала не выработал. Чисто русский универсальный тип.
Если чисто русский и универсальный тип, то почему же не все страдают и убивают себя?