О<тец> Нил. Эх, Маститый, нынче излишним-то благородством "чувствий" ничего не возьмешь!
Опытный сотр<удник>. Сунься-ка с благородством-то, подписываться не станут.
Маст<итый> ред<актор>. Вы так думаете? Так как же быть? А я именно насчет подписки. Ну так если нельзя с благородством, так пишите... без благородства, только чтоб подписка была. Нумера прискучили (жужжанье). Покупают потому что бумага мягкая. Надобно подживить. Ну там известьица... Научки... Какой-нибудь там отдельчик... Повестца... Остроумьице... Одним словом подпустить, подпустить! (вертит рукою). Ну, там все эти идейки, идейки! Вот тоже у нас нет идей. У всех идеи, у нас нет идей.
Опытный сотр<удник>. У кого это у всех? Ни у кого нет идей.
Маст<итый> ред<актор>. Как нет идей? Это денег нет, а идей всегда целый воз. Последнее дело.
О<тец> Нил. Именно нет идей. Идеи перестали. Я так и пишу, так и пригоняю, чтоб концы и начала прятать. Говорил-говорил, а что сказал -- неизвестно. Вот как в наше время надо писать. А то влопаешься,
Маст<итый> ред<актор>. Почему же влопаешься?
Опытный сотр<удник>. А потому что писать загадками выгоднее. Именно чтоб читатель восемь столбцов прочел и ни до одной идеи не добрался. Видит что смеется человек, а над чем -- неизвестно. Поневоле и подумает: Эх сколько у них там идеищ-то запрятано, только высказаться-то бедненьким не дают. Вот ведь современный-то фортель в чем!
Маст<итый> ред<актор>. Ну нет, я хочу чтоб и идеи.
Дубльве. Именно идеи. Я всегда пропускаю идеи.