... Мы ведь этому, хоть бы нигилистскому или естественнонаучному направлению даже рады. Оно придает некоторую смелость мысли, рутинно-чиновничьей забитости (хотя и омерзительно одностороннюю). Но не беспокойтесь, всё это, перейдя через эту некоторую смелость мысли, придет на почву и к народным началам. Да и единственный { Вместо: единственный -- было: единственно правиль<ный>} ведь это путь. Нигилисты, стало быть, отстали. Ничего, догонят. <с. 75>
Наши либеральные тупицы провозглашают Пушкина отсталым сравнительно с Рылеевым. Рылеев был только Карамзин в стихах -- и только. А Пушкин был русский человек и отыскал Белкина.
из лучиночек { Далее было: Чер<нышевский?> -- Аристот<ель?>}
-- Бедные жалкие дурачки!
Мы не за то ругаемся с ними, что они проповедуют общечеловека (способность России к синтезу), а за то, что они проповедуют общечеловека на чужих помочах. C'est plus qu'un crime, c'est une faute. {Это больше чем преступление, это ошибка (франц.). }
У них великий аргумент, что наука общечеловечна, а не национальна. Вздор, наука везде и всегда была в высшей степени национальна <с. 77> -- можно сказать, науки есть в высочайшей степени национальны.
2x2=4 -- не наука, а факт.
Открыть, отыскать все факты -- не наука, а работа над фактами есть наука, и т. д.
Станция Тверь, profession de foi. {исповедание веры (франц.). } <л. 78>
Из католического христианства вырос только социализм; из нашего вырастет братство. <с. 79>