Папа вытирает глаза платком и тычет им куда-то вверх, в правый угол шкафа. Там стоит ковер, скатанный в рулон. С верхнего края этого рулона свисает сонный хвост…
От женских воплей хвост исчезает, и на том же месте появляется голова, странным образом напоминая анютины глазки: два лепестка ушей, пониже — голубая дымка глаз и уже где-то совсем внизу — все, что называется мордочкой.
Разбуженный кот, подрагивая, таращит мглистые глаза и вдруг как выдаст требовательный мяв!
— Молодец! — одобрил папа. — Еще раз скажи им, какой ты голодный!
Ламара осторожно снимает его и опускает на пол.
— Ишак! — выругалась мама так громко, что котенок всеми четырьмя лапами припал к полу, а когда она попробовала извиниться перед ним и легонько коснулась его спинки — кот плюнул. Вернее, пфекнул, в точности так, как делает она сама, когда, набрав в рот воды, прыскает на белье.
Все засмеялись, было похоже, зверек ее передразнил.
— Чтоб ты сдох! — рассердилась мама, не позабыв добавить мысленно частицу «не», и тут же накричала на дочь:
— Удивляюсь, как ты до сих пор не догадалась сделать ему ошейник. Если ты его не привяжешь, я уезжаю в деревню… А тебе все смешно! — Эти слова относились уже к папе, она сверкнула глазами в его сторону и ушла.
После этого случая Ламара успокоилась — теперь котенка не выкинут — он насмешил папу! А главное — мама стала внимательнее: оглядывается, чтобы нечаянно на него не наступить или не сесть.