— Очень большая разница — днем люди смеются так, чтобы все слышали, а ночью… извиняюсь! И вообще плевать я хотел, не хотите — не верьте!
— Хорошо, успокойся, а мы учтем, что на нашей улице живет мудрый человек — большой специалист по ночному смеху.
Кандидат в мудрецы скрестил руки на груди и повернулся ко всем спиной.
— Генацвале, не сердись, мы больше не будем, а ты давай говори: значит, тебя разбудил особенный какой-то хохот, предположим даже, что громче всех смеялась старуха, а дальше что?
— Дальше было тихо, мой сон совсем поломался, думаю, пойду холодного мацони выпью или на дудуки поиграю…
— Так, так, так, не останавливайся, говори, что дальше было?
— Странные люди, дальше мы все, как дураки, стоим здесь.
Под вздохи разочарования тесный кружок начал расползаться, но не по домам. Участники дискуссии позволили себе разминку, не слишком удаляясь от балкона.
А в это время через улицу под уютным шатром низкорослых акаций, тоже тесным кольцом сойдясь, дальние соседи заняты были тем же благородным делом.
Оба очага сочувствия друг друга видят, но не замечают. Перебежчиков ни с одной стороны, ни с другой не будет. В случае необходимости они, конечно, сольются и в едином порыве бросятся на выручку не дающему им спать соседу.