— Нет, я подумал. Я уже давно... Ну, и что же... Ну, и уйду. Старики-то мои дома, у немцев остались, плачут по мне, а тут жизнь на волоске ежедневно... Довольно.
Мефодий еще раз оглянулся и украдкой прочитал немецкую листовку.
— Ну, конечно, ждут. Тут же ясно сказано... Ну, а товарищи? А, чорт их забери...
Винтовка брошена. Согнувшись в три погибели, побежал с оглядкой вора вперед. Руки вверх.
— Гальт.
— Я ваш. Не стреляйте, ваш. Вот пропуск...
Скомканная бумажка выпала из дрожащих рук Отступника в грязь.
* * *
На другой день избитый до полусмерти, с огромным синяком под правым глазом, Мефодий Отступник стоял перед немецким лейтенантом в гестапо.
— За что меня ваши солдаты били? За что? — спросил Мефодий и плюнул кровью.