Он закрыл лицо руками и разразился рыданиями.
Наступило молчание, прерываемое только тяжелым дыханием несчастного и стуком пальцев Шерлока Гольмса по столу. Наконец Гольмс встал и открыл дверь.
— Уходите! — проговорил он.
— Что? О, Господь вас за это вознаградит!
— Ни слова! Ступайте!
Ридер не заставил себя просить, и через несколько секунд донесся звук захлопываемой двери.
— В сущности, Ватсон, — проговорил Гольмс, принимаясь за трубку, — я вовсе не обязан помогать полиции. Может быть, я должен был бы донести на Ридера, но я думаю, что молчанием спасаю от гибели человеческую душу. Он больше преступления не совершит. Горнер, конечно же, завтра же будет освобожден.
Перевод Ф. Н. Латернера (1905).