-- И Стангерсона также! -- прошептал он. -- Дело осложняется.
-- Оно и без того было очень запутано, -- заворчал Лестрэд, опускаясь на стул. -- Но я вижу, что попал на настоящий военный совет.
-- Вы... вы уверены, что это правда? -- пролепетал Грегсон.
-- Я был в его комнате, -- ответил Лестрэд. -- Я первый открыл преступление.
- Мы только что выслушали мнение Грегсона об этом деле, -- заметил Холмс, -- не будете ли вы так добры рассказать нам теперь все то, что видели и слышали?
-- Охотно, -- ответил Лестрэд. -- Я должен сознаться вам, что был почти убежден в причастности Стангерсона к убийству Дреббера. Но последнее событие доказало мне мою ошибку. С этой идеей я принялся разыскивать Стангерсона. Его видели в последний раз вместе с патроном на Эустонской станции вечером 3-го числа. В два часа ночи Дреббер был найден мертвым в Брикстон-Рэде. Следовательно, первейшей важностью было узнать, как провел время Стангерсон от восьми часов до момента, когда было совершено преступление, и куда он делся. Я телеграфировал в Ливерпуль, описав приметы Стангерсона и поручив внимательно следить за всеми отплывающими на американских пароходах. Со своей стороны я принялся обшаривать все гостиницы и меблированные комнаты поблизости Эустонской станции. Потому что я подумал, что, если Стангерсон и Дреббер почему-либо расстались в роковой вечер, первый должен был переночевать где-нибудь поблизости, чтобы, наутро явившись на станцию, подождать своего компаньона.
-- По всей вероятности, они условились о месте свидания, расставаясь вечером, -- заметил Холмс.
-- Я также подумал об этом и провел вчера весь вечер в поисках, к сожалению не увенчавшихся никаким успехом. Сегодня рано утром я продолжал свои поиски и к пяти часам очутился в гостинице "Холидей" в Литль-Жорж. На мой вопрос, не здесь ли остановился мистер Стангерсон, я получил утвердительный ответ.
-- Вы, вероятно, тот самый господин, которого он ищет вот уже второй день, -- сказал мне слуга.
-- Где он в настоящее время? -- спросил я.