- Да, этот говорить умеет, но зато сражаться - ни-ни... - заметил Саксон.
- А Ричард Румбольд?
- Ну, этот сражаться мастер, зато в голове пустота. Спросите у самого Румбольда, он сам скажет.
- Там был ещё майор Эльфинстон.
- Хвастун и дурак! - воскликнул Саксон.
- А сэр Джон Кохран?
- Большой льстец с длинным языком, но работу любит и глуп, - ответил солдат. - Да, этот поход был с самого начала осуждён на неуспех. Во главе экспедиции стояли самые неподходящие люди. Я все это предвидел, но все-таки надеялся. Я думал, что отряд Арджиля сумеет пробраться в горную страну, где живут эти бродяги, что без панталон ходят. С этими бродягами он мог бы долгое время держаться против королевских войск. Так вы говорите, что они все попали в плен? Это урок нам, это предостережение. Монмауз и его советники должны действовать более энергично. Они должны поражать врага в самое сердце, а не отделываться пустяками. Пуще же всего не стоит медлить, а то мы попадём в такое же положение, как Арджиль и Румбольд. Скажите, зачем они промешкали два дня в Аксминстере? Ведь теперь нам каждый час дорог. Что это за порядок такой? Разобьёт Монмауз маленький отряд милиции и радуется. Валандается в одном городе сорок восемь часов да благодарственные молебны служит. А враг-то не дремлет. Черчилль и Фивершам, как мне это хорошо известно, двигаются на запад со всеми силами. Голландских гренадеров у короля больше, чем крыс на чердаке.
- Вы правы, полковник Саксон, - ответил мэр. - Подождите, король скоро прибудет сюда, и я надеюсь, что будут нужны советы настоящих воинов; после ухода Флетчера при короле не осталось ни одного человека, который знал бы на практике военное дело.
- Так-так! - задумчиво произнёс Саксон. - Теперь после гибели Арджиля нам придётся меряться силами со всей армией Иакова. Нам надо рассчитывать только на себя.
- Верно, мы должны рассчитывать только на себя и на правоту дела, за которое стоим. Ну а вам, молодые люди, как понравились эти вести? Небось вам и вино после них показалось кислым? Может быть, вы хотите отступить от знамени Господа?