- Это водка, если не ошибаюсь. Да, водка, и по запаху судя недурная, выпейте, а то у вас лицо такое, что краше в гроб не кладут.
Я сделал глоток и ответил незнакомцу:
- Я признаю только честную войну, но вот такие вещи, как здесь, мне омерзительны. Поверите ли, у меня даже кровь похолодела.
Я, милые дети, был ещё тогда молодым, совсем молодым солдатом, но признаюсь вам, что и потом, после целого ряда войн, я остался таким же. Жестокость меня всегда приводила в ужас и содрогание. Однажды, когда я был в последний раз в Лондоне, мне пришлось увидеть на одной улице старую, худую клячу, которая тащила нагруженную телегу. Воз был слишком тяжёл для лошади, она остановилась, а хозяин стал её бить изо всей силы кнутом. Поверьте мне, что я этой сценой был расстроен куда более, чем видом Сед-жемурского поля, покрытого грудами кровавых трупов Или вот я ещё помню, как десять тысяч французов были убиты перед укреплениями Лондона. Это было ужасное зрелище, но и оно не расстроило меня так, как эта старая кляча. Самая страшная жестокость - это ненужная.
- Женщина мертва, - произнёс сэр Гервасий, - да и хозяин дома, по-видимому, уже не нуждается в человеческой помощи. Ожогов, он правда, не получил, но, кажется, умер от прилива крови к голове. Бедняга.
- Если только это, то его ещё можно спасти, - сказал человек в чёрном камзоле, вынимая из кармана небольшой нож.
Он обнажил одну из рук замученного старика и сделал надрез на жиле. Сперва из ранки вышло только несколько капель чёрной жидкости, но затем кровь заструилась довольно свободно. Несчастный стал обнаруживать признаки жизни.
- Будет жив, - произнёс человек в чёрном камзоле, пряча в карман нож, - а теперь будьте любезны, скажите, кто вы такие? Вам я обязан вмешательством, которое сократило моё дело с драгунами. Положим, я бы управился с ними и без вас.
- Мы из армии Монмауза, - ответил я, - армия стоит в Бриджуотере, а нас отправили разыскивать провизию и корм для лошадей.
- А вы кто такой? - спросил сэр Гервасий. - Как вы попали сюда? Рост у вас маленький, но вам, однако, удалось заклевать четырех знатных петухов.