- Ну, - заметил я, - надо надеяться, они будут сражаться как следует. Однако войска тронулись.
- Да-да, час настал! - радостно воскликнул Саксон. Он обнажил саблю и, обернув рукоять платком, взмахнул ею в воздухе.
Медленно и молчаливо двинулись мы вперёд в густом тумане. Ноги солдат скользили и тонули в чёрной грязи. Несмотря на то что мы соблюдали все предосторожности, движение такого большого количества людей не могло совершаться без шуму. Топот тысячи ног гулко раздавался в ночном воздухе. Впереди в тумане мелькали красные огоньки. То были сторожевые костры неприятельского лагеря.
Наша конница двигалась впереди тесной сомкнутой колонной.
И вдруг в ночной темноте раздались громкие крики, затем выстрелы из карабина, и мы услыхали топот скачущих лошадей. Выстрелы стали повторяться, отдаляясь и замирая. Мы поняли, что наша армия достигла передовых постов неприятеля, которые и подняли тревогу.
Наша конница с криком "ура!" бросилась вперёд. Пехота последовала бегом за нею. Таким образом мы пробежали двести или триста ярдов. Рёв королевских рогов раздавался уже совсем рядом с нами.
И вдруг наша скакавшая впереди конница остановилась, а за нею, остановилась и вся наша армия.
- Святая Мария! - воскликнул Саксон, пробираясь вперёд, чтобы уяснить себе причину остановки. Мы последовали за ним.
- Мы должны во что бы то ни стало двигаться вперёд! - кричал Саксон. - Остановка может погубить все дело!
- Вперёд! Вперёд! - кричали мы с сэром Гервасием, размахивая руками.