Саксон откинулся на спинку стула, вытянул свои длинные ноги и, засунув руки в карманы, начал хохотать.
- Ну, уж это слишком! - воскликнул он. - Много я видел препятствий, хлопоча о вас, но этого препятствия, признаюсь, не предвидел. Вы самый несговорчивый человек во всем мире, черт вас возьми. Всегда у вас найдутся смешные резоны и соображения, и вы начинаете брыкаться и вставать на дыбы, как горячий, необъезженный конёк. Но, уверяю вас, Кларк, вы выдумали пустое. Вы угрызаетесь по-пустому, и я берусь вам доказать тщетность ваших угрызений.
- Не огорчайтесь о товарищах, капитан Кларк, - произнёс командир брига, - я для них буду отцом, добрым, любящим отцом. Черт меня возьми, если я лгу. Я вам даю слово честного моряка. Вы лучше оставьте для них пустячок, ну хоть двадцать золотых монет, и я их стану кормить так, как они дома никогда не едали. Я буду их выпускать на палубу, и раз-два в день они будут дышать свежим воздухом.
Саксон встал с места:
- Пойдёмте на палубу. Мне нужно вам сказать два слова, - сказал он.
Он вышел из каюты, а я последовал за ним. Подойдя к корме, мы облокотились на парапет. Огни в городе погасли, и о чёрные берега бился чёрный океан.
- Вы не должны бояться за участь пленных, Кларк, - прошептал Саксон, - до Барбадоса они не доедут, и этому ослу капитану не придётся продавать их в рабство. Напрасно он на это надеется. Самый лучший исход для него будет, если ему удастся сохранить в целости собственную шкуру. На этом корабле есть человек, который с удовольствием отправит его на тот свет.
- Что вы хотите сказать, Саксон? - спросил я.
- Вы слышали о существовании человека, которого зовут Мэротом?
- Гектор Мэрот! Конечно, я хорошо его знаю. Он разбойник. Твёрдый как кремень человек, но сердце у него доброе.