— А! Ну, так мы сейчас отправимся туда, — сказал полковник, хладнокровно принимаясь опять за завтрак. — Скверная история, — прибавил он, когда дворецкий вышел из комнаты. — Старик Кённингэм — один из самых выдающихся наших помещиков и весьма порядочный человек. Это убийство страшно поразит его, потому что кучер жил у него много лет и был хороший слуга. Очевидно, это те же негодяи, которые забрались в Эктон.
— И украли такую странную коллекцию? — задумчиво сказал Холмс.
— Вот именно.
— Гм! Может быть, дело окажется совершенно простое, но на первый взгляд оно все же любопытно, не правда ли? Шайка воров, действующая в известной местности, могла бы несколько разнообразить свои похождения и не нападать в течение нескольких дней на два дома в одном округе. Когда вчера вечером вы заговорили о предосторожностях, я помню, что мне пришла в голову мысль, что едва ли какой либо вор или воры обратят внимание на эту местность Англии. Оказывается, однако, что мне следует еще многому поучиться.
— Я думаю, это какой-нибудь местный профессионал, — сказал полковник. — В таком случае он, понятно, выбрал поместья Эктона и Кённингэма, как самые большие.
— И богатые?
— Должны бы быть самыми богатыми; но в продолжение нескольких лет они вели процесс друг с другом, который, как я полагаю, высосал соки из обоих. У старого Эктона есть какое-то право на половину имения Кённингэма, и адвокаты ухватились за это дело обеими руками.
— Если это какой-нибудь местный негодяй, то поймать его не трудно, — зевая, проговорил Холмс. — Хорошо, Ватсон, я не стану мешаться в это дело.
— Инспектор Форрестер, сэр, — проговорил дворецкий, растворяя двери.
В комнату вошел франтоватый молодой человек с умным лицом.