-- У вас должен быть хороший запас пелен, епископ, если все золото, которое вы выигрываете, идет на починку их, -- сказал король. -- Ах, клянусь распятием, мошенница Марго! Посмотрите, она летит в сторону!..
Зоркие глаза епископа увидели стаю грачей, которые летели на ночь в свои гнезда как раз вдоль линии, отделявшей кречета от цапли. Грач является сильным искушением для кречета. В одно мгновение непостоянная птица забыла большую цаплю, летевшую над ней, и, кружась вокруг грачей, полетела с ними к западу, наметив себе добычей самого толстого грача.
-- Верите ли, Ваше Величество, что мой привозной сокол может выиграть там, где не удастся королевскому? -- сказал епископ. -- Десять золотых против одного за мою птицу!
-- Согласен, епископ! -- крикнул король, нахмурясь от досады. -- Клянусь распятием, если бы вы были таким же знатоком писаний св. отцов, как соколиной охоты, вы достигли бы престола св. Петра! Пустите вашего сокола и оправдайте свою похвальбу.
Птица епископа хотя и была меньше королевского сокола, но была очень красива и летала чрезвычайно быстро. Сидя на руке епископа, она следила свирепым, зорким взглядом за птицами в воздухе и по временам нетерпеливо распускала крылья. Когда расстегнули цепочку, она быстро устремилась вверх, шумя своими остроконечными крыльями, и со свистом подымалась кругами, становясь все меньше и меньше по мере приближения к цапле. Стараясь спастись от своих врагов, цапля летела все выше и казалась уже пятнышком на небе. Обе птицы также подымались все выше и выше; всадники, подняв головы, напрягали зрение, стараясь разглядеть их.
-- Он кружит! Все еще кружит! -- кричал епископ. -- Он над цаплей. Он добрался до нее!
-- Нет, нет, он гораздо ниже, -- сказал король.
-- Клянусь душой, лорд епископ прав! -- кричал принц. -- Мне кажется, он выше. Смотрите! Он налетает!
-- Он накидывается! -- крикнуло несколько голосов, когда два пятнышка внезапно превратились в одно.
Не было сомнения, что обе птицы быстро падали вниз. Они уже становились больше на взгляд. Вдруг цапля вырвалась и тяжело отлетела в сторону. Она, казалось, сильно пострадала от смертельных объятий сокола, который встряхнул перьями и снова полетел кругами вверх, чтобы подняться над добычей и нанести ей второй, более роковой удар. Епископ улыбнулся: ничто, по-видимому, не препятствовало его победе.