Ровно в семь часов мы подошли к усадьбе, оставив экипаж на постоялом дворе. По группе буков, темные листья которых отливали темным золотом при последних лучах заходящего солнца, мы узнали бы дом, даже если бы мисс Гёнтер не встретила нас на крыльце.
— Устроили? — спросил Холмс.
Откуда-то снизу доносился громкий стук.
— Это стучит м-с Толлер в погребе, — сказала мисс Гёнтер, — Муж ее храпит на полу в кухне. Вот его ключи; такие же есть и у мистера Рюкэстля.
— Прекрасно оборудовали дело! — в восторге вскрикнул Холмс. — Теперь ведите нас, и мы скоро покончим с этой темной историей.
Мы отперли дверь, прошли коридор и очутились перед запертой дверью, которую описывала нам мисс Гёнтер. Холмс перерезал веревку и снял засов. Он попробовал несколько ключей, но безуспешно. Изнутри ничего не было слышно, и лицо Холмса омрачилось.
— Надеюсь, мы не опоздали, — проговорил он. — Я думаю, мисс Гёнтер, мы лучше войдем одни, без вас. Ну, идите сюда, Ватсон, посмотрим, не удастся ли нам сломать дверь.
Дверь была старая и сразу подалась. Мы бросились в комнату. Она была пуста. Кроме кровати, столика и корзины белья в ней ничего не было. Окно наверху оказалось открытым, а узница исчезла.
— Тут произошло нечто скверное, — сказал Холмс. — Молодец пронюхал о намерениях мисс Гёнтер и похитил свою жертву.
— Но как?