Он тотчас же отошел от нее, боясь длить эти мгновения.
-- Прощай, Лилиан, -- мягко и дружелюбно обратился он к жене. -- Я, вероятно, еще вернусь через несколько дней. Меня отпустят в суд для разбора кое-каких дел.
Сестре Фрэнк сказал:
-- Прощай, Анна. Не позволяй им слишком убиваться.
-- Увидимся после, -- коротко объявил он отцу и братьям, а затем, как всегда подтянутый и элегантный, быстро спустился в приемную, где его уже дожидался Стеджер, и они вместе вышли.
Жгучая тоска охватила всю семью, когда за ним захлопнулась дверь. Они не расходились еще несколько минут. Мать тихо плакала, у отца был такой вид, точно он потерял все на свете, но старик бодрился и всячески старался держать себя в руках. Анна уговаривала Лилиан собраться с духом, а та, не зная, что думать, на что надеяться, все пыталась проникнуть мыслью в будущее. Солнце, недавно еще столь ярко сиявшее над их домом, закатилось.
52
В тюрьме Каупервуда приветливо встретил Джесперс, обрадованный, что все сошло гладко и его репутация осталась незапятнанной. Поскольку в суде на повестке дня стояло несколько дел, они решили отправиться туда не раньше десяти часов. Снова появился Эдди Зандерс, которому было поручено доставить Каупервуда к судье Пейдерсону, а затем в исправительную тюрьму. Ему же были вручены для передачи начальнику тюрьмы все относившиеся к делу бумаги.
-- Вам, я полагаю, известно, что Стинер тоже здесь, -- по секрету сообщил Стеджеру шериф Джесперс. -- У него теперь нет ни цента за душой, но я все же устроил ему отдельную камеру. Мне не хотелось сажать такого человека в общую.
Джесперс явно сочувствовал Стинеру.