Он наклонился, желая обнять ее, но она встала.
-- Нет, не приближайтесь ко мне! -- умоляюще заговорила Лилиан. -- Я сейчас уйду в комнаты и больше на порог вас не пущу. Это ужасно! Вы с ума сошли! Оставьте меня в покое.
Она проявила такую решительность, что Фрэнк покорился. Но только на этот вечер. Он приходил опять и опять. И однажды, когда комары загнали их в комнаты и миссис Сэмпл снова начала настаивать, чтобы он прекратил свои посещения, уверяя, что его внимание к ней всем бросается в глаза и она будет опозорена, Фрэнк, невзирая на ее отчаянное сопротивление, решительно заключил ее в объятия.
-- Что вы, что вы! Перестаньте! -- восклицала она. -- Я ведь вам говорила! Это же глупо наконец! Не смейте меня целовать! О-о-о!
Она вырвалась и побежала по лестнице к себе в спальню. Каупервуд быстро последовал за ней. Когда миссис Сэмпл хотела было захлопнуть дверь, он силою отворил ее, снова схватил молодую женщину в объятия и высоко поднял на воздух.
-- Как вы смеете! -- закричала она. -- Да я вас больше знать не хочу! Если вы сию же минуту не отпустите меня, ноги вашей здесь больше не будет. Пустите!
-- Я отпущу вас, радость моя. Я сам снесу вас вниз, -- отвечал он, притягивая ее к себе и покрывая ее лицо поцелуями.
Он был страшно возбужден и взволнован.
Несмотря на то что Лилиан продолжала вырываться и протестовать, он снес ее вниз в гостиную и уселся в огромное кресло, по-прежнему крепко прижимая ее к себе.
-- Ах! -- вздохнула она, поняв, что он не отпустит ее, и бессильно уронила на его плечо голову. Потом, прочитав на лице Фрэнка твердую решимость и вдруг ощутив всю его притягательную силу, она улыбнулась. -- Если я выйду за вас замуж, -- устало произнесла она, -- как я объясню свой поступок? Что скажет ваш отец, ваша мать?