-- И я люблю Вальтера Скотта, -- сказал он.
-- Сейчас я тебе назову одну книгу, которая мне очень нравится.
Она замолчала, губы ее приоткрылись. Она силилась вспомнить, название книги и подняла руку, словно хотела поймать его в воздухе.
-- "Русое божество"! -- воскликнула она наконец.
-- Да, прекрасная вещь, -- одобрил он. -- Помнишь, как собираются принести в жертву Авахи?
-- Да, и мне это понравилось.
Она взяла с полки "Бен-Гура" и стала неторопливо перелистывать книгу.
-- Это тоже замечательный роман.
-- Да, чудесный!
Они умолкли. Стелла подошла к окну и остановилась под дешевыми тюлевыми занавесками. Ночь была лунная. Деревья, в два ряда окаймлявшие улицу, стояли голые; трава была бурая, мертвая. Сквозь тонкие ветви, сплетавшиеся в серебряную филигрань, они различали огни ламп в других домах, светившиеся через приспущенные шторы. Человек прошел мимо, -- в полумраке мелькнула его черная тень.