-- Бедная Мариетта, -- сказал Юджин. -- Подойди ко мне, я тебя тоже пожалею.
-- Вы не так поняли мой рисунок, мисс Блю, -- весело заметил Мак-Хью. -- Я просто хотел показать, каким успехом вы пользуетесь.
Когда провожали гостей, Анджела стояла рядом с Юджином, охватив его гибкой рукой. Мариетта кокетничала на прощанье с Мак-Хью. Какое большое преимущество у его друзей, думал Юджин, они холостяки и могут сколько угодно шутить с Мариеттой и ухаживать за нею. Для него все это кончено. Он уже никогда не сможет любезничать ни с одной девушкой. Он должен вести себя серьезно, быть сдержанным и осторожным. Юджину стало больно от этой мысли. Он вдруг почувствовал, что это вовсе ему не свойственно. Ему хотелось быть таким, как всегда, -- ухаживать за Мариеттой, если бы она позволила, а вот и нельзя. Когда дверь за гостями закрылась, он подошел к камину.
-- Какие они оба милые! -- воскликнула Мариетта. -- Мак-Хью такой забавный. Он с большим юмором.
-- Смайт тоже славный, -- заступился Юджин за своего друга.
-- Оба они чудесные, просто чудные.
-- И мне понравился Мак-Хью, он такой оригинал, -- заметила Анджела. -- Но и мистер Смайт тоже славный и очень положительный. Большего нельзя и требовать от мужчины. А все-таки нет никого на свете лучше моего Юджина, -- нежно сказала она, обнимая его.
-- О боже, вы опять за свое! -- воскликнула Мариетта. -- Ну, я иду спать.
Юджин вздохнул.
Они припасли кушетку для Мариетты, с тем чтобы по уходе гостей поставить ее в альков за унизанный блестками занавес.