-- Вот как? -- спокойно отозвался Юджин. -- Гм! Ну, какой я репортер! Наборщиком я бы еще, пожалуй, мог быть. Это ты к нему обратился?
-- Да, -- сказал Витла. -- А все-таки наведайся туда как-нибудь.
Юджин прикусил губу. Он понимал, что это намек на его склонность к безделью. Успехи его, и правда, были не очень-то велики. Но все же профессия наборщика -- не блестящая карьера для человека с его запросами.
-- Ну что ж, -- решил он, -- когда кончу учение.
-- Лучше поговори с ним до окончания школы. А то как бы кто-нибудь другой не опередил тебя. А ведь тебе невредно было бы испытать себя на такой работе.
-- Поговорю, -- послушно сказал Юджин.
И вот в конце солнечного апрельского дня он вошел в контору мистера Берджеса. Она помещалась в нижнем этаже трехэтажного здания газеты на городской площади. Мистер Берджес, заметно лысеющий толстяк, испытующе посмотрел на Юджина поверх очков в стальной оправе. В его жидких волосах пробивалась седина.
-- Так вы не прочь поработать в газете? -- спросил он юношу.
-- Да, я хотел попробовать себя в этом деле, -- ответил Юджин, -- посмотреть, не придется ли оно мне по душе.
-- Я могу вам сказать наперед, что в нем мало интересного. Ваш отец говорил мне, что вы пишете.