Он смотрел на ее фигурку, выделявшуюся на кружевном фоне весенней листвы, на старый дом, красиво расположенный на холме, на ласточек, круживших в утреннем небе.
"Какая прелестная девушка, -- думал он. -- Она хороша и свежа, как цветок. Девичья красота -- вот единственная в мире стоящая вещь!"
Вскоре он вернулся, надеясь найти Фриду на берегу, но тетка услала ее куда-то с поручением. И Юджин почувствовал острое разочарование.
После этого они встретились еще раз, когда Юджин вернулся с рыбной ловли, почти ничего не поймав, и Фрида подняла его на смех; в другой раз он издали увидел ее, когда она, вымыв голову, сидела на заднем крыльце и сушила волосы. Спустившись к нему, она остановилась под деревьями -- обворожительная, с мокрыми волосами, словно наяда. У него было сильное желание обнять ее, но он не знал, как она к этому отнесется, и воздержался.
Однажды она принесла ему в студию, по поручению миссис Витла, лепешку из остатков теста, поджаренную прямо на плите.
-- Когда Юджин был мальчиком, он обожал такие лепешки, -- сказала ей миссис Витла.
-- Дайте я снесу ему! -- весело воскликнула Фрида, обрадовавшись случаю, сулившему нечто интересное.
-- Что ж, это идея, -- сказала ничего не подозревавшая Анджела. -- Подождите, я положу ее на блюдце.
Фрида схватила блюдце и побежала. Она застала Юджина у мольберта -- он как-то странно уставился на свой холст, лицо его было мрачно. Но едва головка Фриды показалась в двери, это выражение исчезло, и на губах у него заиграла обычная ласковая улыбка.
-- Угадайте, что я вам принесла? -- сказала девушка, прикрывая блюдце белым фартучком.