Юджин вздохнул.
Час спустя она появилась в легком, открытом кисейном платье с черной шелковой ленточкой вокруг шеи. Проходя мимо столика, на котором лежали журналы, она захватила один и вышла на террасу, где, кроме Юджина, никого не было. Ему приятно было, что она так непринужденно и по-дружески с ним держится. Юджин нравился Сюзанне ровно настолько, чтобы она могла чувствовать себя в его обществе легко и свободно, и сейчас, увидев его, она не убежала, а подошла.
-- Вот вы где! -- сказала она, усаживаясь в кресло, стоявшее неподалеку от него.
-- Да, вот я где, -- ответил он и по обыкновению принялся подшучивать над нею, не зная, как вести себя с нею иначе. Она весело отвечала ему, тон Юджина забавлял ее. Его юмор ей очень нравился.
-- Знаете, мистер Витла, -- сказала она вскоре, -- я больше не буду смеяться вашим шуткам. Ведь, в сущности, все они по моему адресу.
-- Вот это-то и хорошо, -- возразил он. -- Неужели вы хотите, чтобы они были по моему адресу? Это были бы невеселые шутки!
Она рассмеялась, а он улыбнулся. Они смотрели на золотые лучи вечернего солнца, пронизывающие молодую кленовую рощицу. Весна только еще начиналась, на деревьях распускались почки.
-- Какой прекрасный вечер! -- сказал он.
-- Да, -- воскликнула она, и голос ее прозвучал мелодично и задушевно. Впервые Юджин расслышал в нем нотки глубокой искренности.
-- Вы любите природу? -- спросил он.