— Начальник уезда уже подъехал к воротам! — в испуге воскликнул привратник. — Как мог наш господин, не дождавшись высокого гостя, так напиться!
Услышав о прибытии начальника уезда, слуги в недоумении смотрели друг на друга, не зная, что им предпринять.
— Вино и угощение еще не тронуты, но ведь хозяина нашего не привести в чувство. Что же делать? — волновались слуги.
— Надо его растормошить, — посоветовал привратник, — пусть хоть пьяный, да встретит гостя. Ведь нельзя же, право, не оказать внимания такому высокому гостю, которого, к тому же, наш хозяин сам пригласил.
Столпившись около Лу Наня, слуги стали громко кричать. Но как они ни драли глотки, разбудить хозяина так и не удалось.
Вскоре в саду послышались голоса; это приближался начальник уезда со своей свитой. Не зная, как поступить, слуги в панике разбежались по саду и попрятались. В павильоне никого, кроме спящего Лу Наня, не осталось. Кто мог предвидеть, что все так случится, что из-за всего этого почтенный гость и хозяин-ученый станут врагами на всю жизнь, а прекрасный сад с редчайшими цветами превратится в весенний сон. Поистине:
Беде иль счастию — сам человек хозяин.
Вернемся теперь к начальнику уезда, который сразу же из ямыня направился к Лу Наню. Подъехав к воротам сада, он был очень удивлен тем, что поэт не только сам не вышел его встречать, но даже не выслал навстречу никого из слуг.
— Есть ли кто у ворот? — стали кричать наперебой сопровождавшие начальника люди. — Доложите поскорей, что приехал начальник уезда.
Никто не отвечал. Решив, что привратник пошел доложить хозяину, начальник уезда проворчал: