Молодой человек заставил Тан Иня переписывать рукописные издания. Замечая ошибки в иероглифах или фразах, Тан Инь тотчас их исправлял, проявляя при этом такое знание, что вызвал изумление Хуа-сына:
— Вы, оказывается, прекрасно разбираетесь в правилах литературного стиля. Когда же вы бросили ваши занятия литературой?
— В прошлом я действительно много занимался этим, но нужда заставила меня отказаться от этого.
Хозяйский сын был очень доволен, что имеет дело со знающим человеком, и попросил Тан Иня исправлять его ежедневные уроки. Тан Инь делал это с большим усердием и так искусно, что в его руках, как говорится, железо становилось золотом. Иногда, когда тема сочинения была непонятной и трудной, Тан Инь объяснял ее. Когда у Хуа-сына что-либо не получалось, Тан Инь писал за него сам. Учитель молодого Хуа, видя как преуспевает его ученик, как-то раз похвалил его перед хозяином.
Господин Хуа попросил принести сочинения своего сына. Просмотрев их, он покачал головой и сказал:
— До этого мой сын сам не мог дойти. Если только все это не списано, то безусловно сделано вместо него кем-то другим.
Затем он велел позвать сына и спросил его, откуда взялись такие прекрасные сочинения. Тот, не смея скрывать что-либо от отца, признался ему, что все это результат исправлений Хуааня.
Ученый был этим немало удивлен, приказал позвать Хуааня,*дал ему тему и предложил тут же написать на нее сочинение.
Без всяких размышлений Тан Инь взмахнул кистью, и сочинение тотчас было готово. Когда он протягивал свое сочинение хозяину, тот заметил, что у слуги руки нежны, как яшма, а на левой руке у него есть шестой палец. Хуа стал читать сочинение: и стиль, и мысль в нем были прекрасны. По иероглифам можно было судить об искусном каллиграфе. Все это привело хозяина в еще больший восторг.
— Раз ты так искусен в современном литературном стиле, то наверно знаком и с произведениями древности, — сказал Хуа и оставил Тан Иня работать в своем кабинете в должности переписчика. Каждый раз, когда дело шло о каком-нибудь важном письме или донесении, Хуа советовался с новым переписчиком, а иногда даже поручал ему отвечать вместо себя.