Фань дал Сун Цзиню новое платье и тут же оставил нового секретаря у себя. С первого же дня Фань стал о нем очень заботиться и сажать его за свой стол.
Дождавшись*благоприятного дня, Фань вместе с новым секретарем сел на казенную джонку и отправился к месту своей службы.
Поистине:
*Удары в разноцветный барабан
Людей за веслами торопят,
Весенний легкий дует ветерок,
Парчевый парус развевая.
Напомню здесь читателю, что Сун Цзинь, несмотря на свою бедность, был все же выходцем из благородной семьи. Став теперь ближайшим помощником Фаня, мог ли он до того унизиться и опошлиться, чтобы быть заодно со слугами,*«прикрыть свой блеск мирской пылью»? Оскорбленные презрением к ним со стороны Сун Цзиня, слуги Фаня к тому же завидовали секретарю за его молодость и расторопность в работе.
Весь путь от уезда Кунынань Фань и его свита проделали водой. Когда они прибыли в*Ханчжоу и сошли на берег, слуги Фаня, желая настроить своего хозяина против Сун Цзиня, обратились к нему с такой речью:
— У вас здесь есть ничтожный слуга Сун Цзинь, который работает на господина, ведя счета и занимаясь перепиской. Следует его предупредить, чтобы он держал себя поскромней; он совершенно не знает правил приличия. Господин был очень неправ, обходясь с ним так ласково. Господин сажал его с собой за один стол, ел с ним одну пищу. Если это еще было возможно на джонке, за темной занавеской каюты, то теперь на суше, в больших гостиницах, господину следовало бы сохранить свое достоинство. Мы, мелкие людишки, посоветовавшись между собой, решили, что лучше всего заставить Сун Цзиня написать расписку, по которой он отдал бы себя в рабство нашему хозяину. Может быть, тогда он станет вести себя должным образом и, находясь в*ямыне при господине, не посмеет отступать от правил приличия и этикета.