Но счастия добился под конец —

Помог ему буддийский «Цзиньган цзин»

Избавиться от горестей и бед,

А вся в заплатах войлочная шляпа

Соединила мужа и жену.

АЛХИМИКИ, ХВАСТАЮЩИЕСЯ СВОИМ ИСКУССТВОМ, ПОХИЩАЮТ ДЕНЬГИ

Начнем рассказ с того, что в городе*Сунцзяне жил богач па фамилии Пань, числившийся при* Гоцзыцзяни. Он был человеком больших знаний и обладал незаурядным красноречием. Единственной его слабостью была алхимия, в которую он слепо верил. Постоянно принимая у себя магов и волшебников, знающих секрет*«дань», он истратил немало денег на свои опыты. Не раз был он одурачен своими учителями, но это его нимало не смущало. «Не везет мне, не довелось мне встретить настоящего алхимика», — говорил он сам себе и еще больше укреплялся в своей вере в алхимию. Алхимики толпами приезжали к нему: каждый хвастался своим искусством и думал лишь о том, как бы обмануть Паня.

Как-то осенью богач Пань решил отправиться на прогулку по озеру*Сиху. Прибыв в*Ханчжоу, он решил здесь ненадолго остановиться. Не успел он еще хорошенько устроиться, как заметил, что рядом в павильоне расположился чужестранец. Прибыл он сюда с какой-то женщиной, в сопровождении целой свиты слуг, которая несла за ними их багаж. Красивая молодая женщина, приехавшая вместе с чужестранцем, как удалось разузнать Паню, была женой прибывшего. Человек этот каждый день нанимал джонку, на которой катался по озеру со своей красавицей-женой. На джонке устраивались роскошные пиры с музыкой и пением. Супруги сидели при этом за столом, уставленным изящными чарками и винными сосудами, большая часть которых была сделана из золота или серебра. Под вечер они сходили на берег, и в павильоне зажигались яркие свечи. Всех, кто только им ни прислуживал, чужестранец щедро одаривал.

«Не иначе как он той же породы, что*Тао Чжу или*И Дунь: богач первой руки!», — удивлялся про себя Пань, наблюдая из своего павильона за соседом.

Пань навел справки о соседе, стал с ним встречаться. Как-то они назвались друг другу по фамилиям и выразили желание подружиться.