-- Отдашь! прокричалъ грубый голосъ, и въ тоже время Таня, моя таинственная и прекрасная Таня (я не сомнѣвался, что нѣжный умоляющій голосъ принадлежалъ ей) закричала отчаянно:
-- Помогите! спасите!
Поставивъ свой лотокъ и взявъ изъ него только нѣсколько апельсиновъ, я бросился въ лѣсъ и увидѣлъ страшную сцену: злодѣй Копернаумовъ готовился ограбить бѣдную дѣвушку, которая стояла передъ нимъ на колѣняхъ и простирала къ нему умоляющіе взоры...
Я бросилъ однимъ апельсиномъ въ лицо злодѣя и въ тоже время закричалъ дѣвушкѣ:
-- Не бойтесь ничего: у васъ есть защитникъ!
-- О, какое счастіе! воскликнула она мелодическимъ голосомъ.-- Какой добрый геній привелъ васъ сюда, благороднѣйшій, великодушнѣйшій рыцарь мой? Знайте, я также люблю васъ, но... наше соединеніе невозможно!
Сердце мое исполнялось радостью; но мнѣ некогда было выражать свой восторгъ. И долженъ былъ наказать злодѣйство: Копернаумовъ, какъ громомъ пораженный моимъ появленіемъ въ первую минуту, вдругъ ободрился и пустился бѣжать.
-- По почему же? кто вы? гдѣ вы живете? успѣлъ я только спросить.
-- Это навсегда должно остаться для васъ тайною, отвѣчала она.
-- Держите! держите злодѣя! закричалъ я моимъ товарищамъ, и мы всѣ трое пустились за нимъ.