Лила мнѣ въ грудъ невыразимымъ взоромъ
Невинную любовь, съ таинственнымъ укоромъ,
И пѣла въ ней душа небеснымъ хоромъ:
"Лобзай меня и въ очи и въ уста!
Лобзай меня, пѣвецъ осиротѣлый,
Какъ мотылекъ лилею поутру!
Люби меня, какъ милую сестру --
И снова я и къ небу и къ добру
Направлю твой разсудокъ омертвѣлый!"
Напрасно я мой геній горделивой,