Простой народъ приписываетъ многія бѣдствія нечистой силѣ. Появятся ли въ посѣвѣ гвардзли (плевела), онъ говоритъ, что нечистый портитъ ихъ нивы. Простолюдинъ вѣритъ, и весьма искренно, въ существованіе вѣдьмъ и колдуновъ. Въ случаѣ какого-нибудь бѣдствія онъ хватаетъ нѣсколькихъ подозрѣваемыхъ въ колдовствѣ старухъ, и, часто въ присутствіи князей и духовенства, добивается признанія въ сношеніи съ нечистою силою. Въ 1834 году, въ нѣкоторыхъ деревняхъ случился неурожай гоми и кукурузы. Народъ рѣшилъ, что это продѣлка вѣдьмъ и колдуновъ. Схвативши нѣсколькихъ лицъ, бросали ихъ въ воду, вѣшали за руки на деревья и прикладывали раскаленное желѣзо къ голому тѣлу, выпытывая, какимъ образомъ и отчего произошелъ неурожай {"О святкахъ въ Тифлисѣ и народи, суевѣріи въ Грузіи". Кавк. 1847 г., No 3.}.
Въ самой столицѣ Грузіи, хотя давно не слышно о колдунахъ и вѣдьмахъ, но нечистая сила водится однако же и до сихъ поръ. Городскіе жители еще помнятъ о приключеніи, совершившейся съ одною старою повивальною бабкою, приключеніи, достовѣрность котораго, по ихъ мнѣнію, не подлежитъ сомнѣнію {Тамъ же. См. также Закав. Вѣст, 1854 г., No 43.}.
Даже въ 1851 году, послѣ бывшаго затмѣнія солнца, между народомъ распространилась вѣсть, что во внутренности всѣхъ тифлисскихъ куръ завелись змѣи, и что всѣ онѣ отравлены. Зараженіе объясняли тѣмъ, что куры клевали зерна, спадавшіе съ неба отъ дракона, сражавшагося съ солнцемъ во время затмѣнія. Куры подвергнуты были жестокому гоненію. Ихъ или били или продавали за безцѣнокъ, по 5 копѣекъ, тогда какъ обыкновенная средняя стоимость курицы была отъ 30 до 40 копѣекъ.
"Видитъ ли грузинъ-поселянинъ, что красная полоса, у обозначившейся на горизонтѣ радуги, болѣе и ярче полосы другого цвѣта, онъ заключаетъ, что въ текущемъ году вина будетъ много, и онъ повеселится вдоволь. Падающія звѣзды ему вѣщаютъ смерть его собратій; ибо онъ убѣжденъ, что у всякаго есть своя звѣзда, отъ теченія которой зависитъ участь человѣка, обусловливающая его жизнь, счастливую или несчастную, смотря по тому, подъ какою звѣздою онъ родился на свѣтъ" {Кавказъ, 1858 г. No 34.}.
Когда западъ горитъ заревомъ кроваваго цвѣта, суевѣрному грузину кажется, что будетъ кровавая война.
Каждый грузинъ непремѣнно суевѣренъ и суевѣренъ съ малолѣтства. Суевѣріе всасывается съ молокомъ матери и переходитъ въ обряды и обычаи.
Въ Кахетіи, напримѣръ, во время засухи, крестьянскія дѣвочки собираются вмѣстѣ и, надѣлавъ куклъ, называемыхъ Лазаре, ходятъ съ пѣснями по селенію. "Лазаре, Лазаре, поютъ они... Дай Богъ намъ грязи, не хотимъ засухи..." Изъ дому, передъ которымъ поютъ дѣвочки, выходитъ хозяинъ, выноситъ пѣвуньямъ въ подарокъ нѣсколько яицъ или немного муки и обливаетъ водою куклу, а иногда и самихъ дѣвочекъ. Отъ этого произошла, какъ полагаютъ нѣкоторые, грузинская поговорка: "онъ мокръ, какъ Лазаре".
Дѣвочки ходятъ и поютъ до тѣхъ поръ, пока не выпросятъ у неба облаковъ.
Тучи накопляются, но вмѣсто ожидаемаго дождя пошелъ градъ. Старухи тотчасъ же зажигаютъ свѣчи, сохраненныя отъ праздника пасхи. Нѣкоторыя женщины выносятъ золу и развѣваютъ ее на воздухъ, приговаривая: "Дай Богъ чтобы такъ развѣялся градъ"! Другіе опрокидываютъ на дворѣ вверхъ дномъ котелъ или тазъ, полагая, что градъ превратится въ дождь.
Существуетъ также обыкновеніе пахать дождь. Восемь паръ дѣвушекъ запрягаются въ плугъ и тащутъ его въ рѣкѣ. По поясъ въ водѣ, онѣ протаскиваютъ его взадъ и впередъ и затѣмъ мокрыя возвращаются домой {Кавк. 1847 г. No 10.-- Кавк., 1854 г. No 52.}.