— Хорошо, — отвечал он, — я поеду, но только не иначе, чем на свинье.
Как возгордилась я, услышав эти слова! Теперь я открыто могу соперничать с лошадьми; теперь они на меня не будут смотреть, как на никуда негодное существо!
С каким нетерпением я ждала следующего дня и с какою радостью дала себя впрячь в коляску! Наконец, мы выехали.
Наконец, мы выехали.
Толпа детей провожала нас. За нами несся хохот, визг, крики…
— Свинья! Свинья! — надрывались головорезы мальчуганы, любящие все из ряда вон выходящее.
— Вот так лошадь!
— Не дотащит!
— Привезет в хлев!