В зоологическом саду или в зверинце мы часто проходим мимо клеток, где сидят лисицы. Смотрим мы на рыженьких зверей с пушистыми хвостами и длинной остренькой мордочкой, и у нас от этого осмотра остается одно впечатление: за решоткой сидят лисицы, — и больше ничего. Все, как одна, рыженькие, с остренькими мордочками и пушистым хвостам.
Но не так в сущности обстоит дело, и я это хорошо понял, когда познакомился с лисицами поближе, узнал каждую из них подробно, со всеми ее повадками и способностями.
У меня четыре лисицы, и в этом рассказе я хочу доказать, что моя Лиса Патрикеевна и ходит иначе, чем другие лисы, и пищу принимает не так, как остальные, норовя вырвать у меня ее из рук при каждом удобном случае, и походка-то у нее своя, какая-то подкрадывающаяся, и когда она радуется, то виляет хвостом совсем иначе, чем ее товарищи.
Совсем не похож на Патрикеевну Вихрь, лисица на высоких тонких ногах, которая быстро бегает по клетке или по сцене и не умеет красться с кошачьими ухватками Патрикеевны. Вихрь — сама искренность, прямота; голова его высоко поднята кверху; он гордо смотрит по сторонам… Зато Патрикеевне не угнаться за Вихрем в прыжках, — не даром же я дал им эти клички: один — воплощение хитрости, другой воплощение ловкости.
И совсем не похож ни на того, ни на другого Желток. У Желтка — пушистый и короткий хвост и этот хвост служат ему прекрасным балансом при хождении на задних лапках. У него совсем иная повадка ходить и бегать, а бегает он, быстро перебирая лапками, и всегда как-то искоса смотрит на меня.
А самая последняя лисичка — Белочка или Белок, та совсем уже резко отличается ото всех остальных.
Когда всем лисам дается мясо с палочки, чтобы они не укусили меня или служителя за руку, я даю Белочке мясо прямо из рук, потому что она берет его так осторожно и деликатно, что никогда не сделает человеку больно. Она ласкается как кошечка, подставляя под мою ладонь свою голову и спину, спокойно подходит ко мне, ложится на спину, поднимая брюшко наверх, и начинает визжать, прося ласки. Зато она не переносит моих ног на сцене, когда на мне надеты шелковые цветные чулки, и безжалостно кусает эти «чужие» ноги.
Мне кажется, будто Белочка думает, что мои ноги на сцене, это — посторонний предмет, который ей мешает добраться до моих рук — источника ее лакомства.
Итак, каждая лисица имеет свой нрав, свои манеры, свои привычки, и все это ярко выражается в походке и поведении животного.