Я подхожу к Лео и, подражая военным, отдаю честь. И Лео, на глазах у заинтересованной публики, тоже прикладывает ласт к своему гладкому черному лбу.
— Как солдат, мама, как солдат, — слышится серебристый смех какого-то ребенка.
— Здравствуй, Лео, — говорю я деловым тоном и протягиваю животному руку.
Ко мне протягивается скользкий ласт, и я крепко, от души пожимаю его, потому что я люблю моего милого ластоногого товарища.
— Точно ручкой… — слышатся с места смеющиеся голоса детей. — Ай, ай, какие смешные лапки!
— Не лапки, а ласты, — поправляют взрослые.
— Ну, Пицци, — говорю я, обращаясь к самке, — а ты скажешь мне сейчас, какая первая буква в азбуке?
— А разве тюлени умеют читать? — слышится детский голос с мест.
— Это не тюлень, а морской лев, — наставительно говорит какая-то мамаша.
— А разве львы умеют — читать?