Раздается оглушительный выстрел, крики зажимающих уши детей и снова смех и хлопки. Чей-то тоненький изумленный голосок звенит одиноко:
— Как он лапками… как он лапками ружье, точно человек…
— Ластами, детка; у тюленей и морских львов не лапки, а ласты.
— Ну, ласты. А лапки-то у него коротенькие-коротенькие… Смотри, смотри еще другая лева.
Ребенок говорил о Пицци, которая кричит и трет ластом себе спину, как будто в нее попала пуля из ружья Лео.
— А ведь она врет, притворяется, — говорит мой маленький ученик, карлик Ванька-Встанька.
Но Васька заступается за честь Пицци. Как может его любимая подруга лгать? Он грозно раскрывает пасть, соскакивает с тумбы и бежит за Ванькой-Встанькой. Но Ванька-Встанька уже скрылся в проходе, и Васька возвращается на свое место, где получает от меня заслуженную награду, согласно моему правилу: «Кто работает — тот и ест».
Я даю каждому из моих зверей лакомство, как только они выполнят свою работу. Морские львы получают от меня рыбу и всегда свежую: от мороженой они околевают. Хватают они ее ловко на лету в пасть и моментально проглатывают.
— Лео, — говорю я, — ты будешь у меня режиссером, звони в колокольчик и начинай представление.
Приносится тумба с большим колоколом. Лео соскакивает со своего места, подбегает к принесенной тумбе и несколько раз подряд, нажимая резину, звонит до тех пор, пока я движением не заставляю его сесть на свое место.