И впервые тут заговорил мужик в армяке, все время молчавший. Он покачал головой и сказал:
- Господь знает, хорошо ли, плохо ли. Не вопрошай.
И замолчал опять. Мать Параскева, словно вспомнив о нем, обратилась к мужику:
- Чем еще попотчевать вас, Демьян Иванович? Ничего не кушаете.
Он отвечал:
- Бог напитал, никто не видал, а кто и видел, тот не обидел... Матушку увижу ль?
- Увидите, увидите! Скажу матушке.
Параскевушка ушла к бабушке, а мужик, выйдя из-за стола, три раза перекрестился на образа и поклонился нам всем со словами:
- За чай, за сахар, за беседу.
Мы с братом оба взглянули на него, и брат заблестел глазами и, изогнувшись из-за няниной спины, шепнул мне: