- На чужую-то сторону.. - начала было прабабушка.
Но прадед прервал ее:
- Я так и сказал: не отдам со своих глаз. А мне отвечено: и не отдавайте, на ваших глазах останемся. Видишь: дело-то такое - сорочины сорочинами, а его отец прислал: там, говорят, в Москве-то кожевенным стеснение: вСнькое дело, не по столице, так они второй завод здесь открывают и, как откроют, отец в Москве останется, а сын здесь полный хозяин. Фирма: Аким Семипалов и сын.
Прабабушка, выждав, не скажет ли он еще чего, спросила:
- А человек-то какой?
- Слух добр, а еще погляжу.
- Узнать бы...
- Узнаю. А что узнал, - то ему в честь. Дело знает. Без турус. У отца строго воспитан.
Прабабушка поняла, что жених был выбран. Ей велено было ничего не говорить Арише. Тем временем прадед "узнавал" жениха. Он даже в бане с ним мылся. Заехал раз к нему на стройку, будто невзначай, с узлом, и сказал молодому Семипалову:
- Ты, Петр Акимыч, на стройке, небось, зачумичал: пыль да грязь. Я удумал за тобой заехать. Едем-ка в баню. Мне, старику, веселей будет.