Заканчивается этот перл создания таким раз'яснением: «Нападения, произведенные членами германского Вермахта на гражданское население, не должны преследоваться, даже если бы они составляли насилие и военное преступление».
Зная «политические намерения вождей» можно о характере «устных инструкций» только догадываться. «Приказ должен остаться секретным», заканчивается директива.
Это, однако, не исчерпывает вопроса, ибо не могло разрешить основной задачи — обеспечения «лебенсраума» и высших целей», возвещенных Гитлером. А кроме того, был еще «еврейский вопрос». Специалистом по этой части был Гимлер, возглавлявший СС, «Зихерхайтсдинст» и «Ейнзетцтруппен» (отряды истребления), которые были прикомандированы к армии и продвигались вместе с нею. Во главе этих отрядов истребления стоял помощник Гимлера — Гейдрих.
13 марта, одновременно с приказом Кейтеля, «Рейхсфюрер СС Гимлер» получил от «Фюрера»-Гитлера специальные задания в области геолитического управления», при чем он должен был действовать «независимо от армии и за свой личной ответственностью».
Свои «специальные задания» Гимлер понимал очень отчетливо. Еще в ноябре 1940 года он издал общую, инструкцию под скромным озаглавлением: «Некоторые мысли об отношении к чужим народам на Востоке» (см. приложение № 1). Эти «некоторые мысли» отмечены, как «гехейме Рейхсзахе» — секретный государственный документ — и не зря. Общий смысл и цель его прост: уничтожение народов Востока, как самостоятельной национальной единицы, со всей их культурой. «Понятие еврейства — читаем мы в «мыслях» — я надеюсь вытравить путем массовой эмиграции евреев в Африку». «Несколько больше времени пройдет прежде, чем исчезнет в наших краях представление о таких народах, как украинцы, гуралы, лемки».
«Для не-германского населения разрешается только четырехклассная народная школа. Целью ее является: научить считать не больше, чем до 500 и подписывать свое имя, а кроме того внедрить в сознание детей, что заветом бога является слушаться немцев, быть честным и прилежным. Чтение я считаю лишним. Кроме такой школы, никакой другой на Востоке (Европы) вообще быть не может».
Сменивший Гесса на посту главы нацистской партии Мартин Борман «углубил» эти «мысли» Гимлера:
«Славяне — писал он — должны работать на нас. Поскольку же они нам не нужны — они могут умереть. Поэтому, прививки и, вообще, медицинское обслуживание их излишне. Размножение славян нежелательно. Обучение их — опасно. Довольно, если они будут считать до ста. Наилучшее воспитание для них — то, которое превратит их в полезных для нас роботов. Каждый образованный славянин — будущий враг. Религию! мы им оставим, как отвлекающее. Что же касается продовольствия, то они получат только крайне необходимое. Господа — мы, и все в первую очередь должно итти к нам». (Док. R-36).
В мае 1941 года приведенный выше приказ Кейтеля от 13 марта был по соглашению между генерал-квартирмейстером ставки Гитлера и Гейдрихом подтвержден и вошел в силу. Он был потом широко использован на практике. Тем временем, война стала реальностью, и 16 июля 1941 года Гитлер счел необходимым дать новую инструкцию:
«Мы не должны опубликовывать наши действительные цели, но мы должны точно знать, чего мы хотим»…